– Вам повезло, – грустно сказал он через минуту. Ему было ясно, что лично для себя она ничего не желает. У нее нет никаких потребностей, о которых бы она позволяла себе думать. Она не стремилась сделать карьеру или что-то заполучить. Она была совершенно счастлива и самодостаточна, посвящая свою жизнь Богу.
– Мне всегда хочется иметь то, чего у меня нет, я представляю, как это может выглядеть. Например, жить с кем-то вместе, иметь семью и детей, наблюдать, как они взрослеют, вместо того чтобы просто знать, что у тебя где-то есть взрослый сын, которого ты совсем не знаешь. Просто чтобы был кто-то рядом, с кем тебе приятно быть вместе. В определенном возрасте уже не доставляет удовольствия все делать одному. Появляется чувство пустоты, и становишься эгоистом. В чем смысл, если ты не можешь разделить свою жизнь с любимым человеком? А потом умереть в одиночестве? Как-то так получилось, что у меня никогда не было времени на совместность. Я всю жизнь провел в горячих точках. А может быть, я испугался на всю дальнейшую жизнь, женившись в восемнадцать лет из-за ребенка. Жениться было страшнее, чем получить пулю.
Он был очень расстроен, и она тихонько коснулась его руки.
– Вам надо попробовать найти сына, – негромко, но убежденно сказала она, – кто знает, вдруг вы ему нужны, Эверет. Вы можете стать для него большим подарком, а он сможет заполнить пустоту в вашей жизни.
Она видела, что он очень одинок и боится бессмысленного будущего, которое маячило перед ним. Она считала, что ему следует вернуться по собственным следам, хотя бы на время, и найти сына.
– Возможно, и так… – Он задумался. Его пугала мысль о возможной встрече с сыном. Это было чертовски трудно. Прошло так много времени, и Чад, скорее всего, ненавидит его за то, что он бросил их и все эти годы не общался с ним. Когда самому Эверету было двадцать один, он не готов был взять на себя такую ответственность. Он свалил и пропил все следующие двадцать шесть лет. Он отправлял деньги до тех пор, пока сыну не исполнилось восемнадцать, но с того момента прошло уже больше десяти лет.
– Я скучаю по своим встречам, – сказал он, чтобы перейти на другую тему. – Всегда чувствую себя дерьмово, когда пропускаю их. Стараюсь посещать их дважды в день. Иногда и чаще.
Прошло уже три дня, как он не встречался ни с кем из общества «Анонимных алкоголиков». Сейчас в городе не проводилось ничего подобного, и он ничего не сделал, чтобы организовать встречу «АА» в лагере.
– Мне кажется, вам надо начать встречаться здесь, – поддержала она его. – Мы пробудем здесь еще неделю, не меньше, а возможно, и больше. Слишком долго для вас и тех, кто сейчас здесь и тоже нуждается в этих встречах. Бьюсь об заклад, что при таком огромном количестве людей вы найдете очень много единомышленников.