— Это‑то они пообещают. Но удержатся ли? Так что пусть она при вас побудет.
Яна послушно кивнула. Ее усадили за стол, Ааша послушно улеглась у ее ноги и задремала, не обращая ни на что внимания. Дети, которых покормили раньше, носились по саду, что‑то увлеченно вопя. Взрослые спокойно и размеренно ужинали. Сначала еда, а потом разговор….
Яна, признаться, была не голодна, так что Ааша отдувалась за двоих. Но наконец….
— Так что же привело вас сюда, кана?
— Льяна Гетанро, — Яна не стала ходить вокруг да около.
На лице Бурата появилось такое выражение, словно он навозную кучу увидел. Плюнуть бы, да отвернуться, а вонять все равно будет. Неодобрительно покосилась и его жена, и старший сын с невесткой. Сладшему это явно было безразлично. А вот Альма…
— а мы‑то тут при чем? Я ничего не знаю!
Яна прищурилась.
— и с сестрой отношений не поддерживаете?
— Нет.
— и где она живет — не знаете?
— да откуда ж мне!?
— и о том, что она пыталась убить трайши Аэлену — тоже?
— трайши? А разве она не…
Альма поняла, что оговорилась и закрыла рот рукой.
Поздно. Слишком поздно. Все, сидящие за столом, уже тоже поняли.
— Та — ак, невестушка, — прищурился сар Бурат. — Не трайши? А кто? И откуда ты про Аэлену знаешь?
— да бабы рассказали, когда я кружева покупала…
Звучало это так фальшиво, что не поверил бы и трехлетний ребенок. И уж точно не старый кожевник. Ладонь, размером с хорошую лопату, мягко опустилась на стол.
— Я жду….
И так это прозвучало.
Альма вздохнула — и принялась каяться.
Нуу да, с сестрой она переписывалась. И с матерью. А как еще, родные ж люди! И то, что они отсюда уехали — неважно. Все равно им интересно было, как она живет…
Аэлена? Витана?
Ну… о них тоже спрашивали.
Яна поморщилась. Считай, все, что происходило в семье Аэлены, эта выдра рассказывала сестре. А кстати…
Да, и о том, что Аэлена теперь лойрио и знаменитая художница, и что Витана замуж вышла еще раз — в столицу, и что обе счастливы и довольны — тоже.
Льяна?
Да…. у них, наверное, тоже все неплохо. Отец умер — это точно. Мать была плоха, обезножела, что ли. Финар принялся попивать горькую, дети росли шалопаями, не приспособленными ни к какому делу, денег не хватало на самое необходимое. Кто в этом виноват?
Конечно, Аэлена, Тарма и Витана! Можно, не в этом порядке, но виноваты — они! А кто ж еще?
Тарма вообще сука! Всю жизнь сыну заела! Мужика от своей юбки не отпускала, Льяну постоянно унижала и оскорбляла, с внуками ее сидеть не попросишь…
Семья Бурата слушала это, морщились все, но пока помалкивали. Яна тоже не перебивала. Пусть выплеснет грязь, потом сговорчивее будет.