Его изумлению не было предела. Жаль, не в его вкусе эта малышка, а то бы...
Всем девчонка хороша, одно плохо: наотрез отказывается выходить на улицу.
Вадим возмутился:
- Я здесь ночую не каждый раз, меня по два-три дня дома не бывает, и не могу я постоянно думать о том, что ты есть-пить будешь. Не обязан. Чего проще, взяла авоську, спустилась в магазин. Рядом все.
Людка замотала головой.
Вадим, увидев, как она вся задрожала от этих слов, как задергались у нее губы, плюнул.
- Учти, у меня жизнь беспокойная, - в сердцах бросил он, - не жрамши насидишься.
Странное дело, с тех пор, как появилась эта девчонка, в его жизни что-то незаметно изменилось. У него не было сестры, такие родственные чувства ему были незнакомы, но к ней он относился, как брат, как сильный, умеющий постоять за себя человек, к слабому, которого обидели. Он и помыслить не мог о том, чтобы залезть к ней в постель, пользуясь положением хозяина.
У Людмилы было потрясающее чувство такта: она ни к чему не притрагивалась, не спросив разрешения.
Вадим удивлялся. Обычно стоило пустить бабу в дом, как она тут же начинает все прибирать к рукам и диктовать свои условия. С этим он сталкивался не раз. Здесь был другой случай.
Лишь однажды Людка поступила, не спросив его. Наткнулась в ящике шкафа на спицы и клубок с нитками и связала ему носки.
- Ну ты даешь, - открыл рот Вадим.
- Шерсть старая, моль уже жрать начала, - просто пояснила Людка.
- Вязать тоже бабушка научила?
- Да.
Тяжелый случай! Все подруги Вадима, а было их у него немало, потому что парень он видный и щедрый, только говорили о том, какие они замечательные хозяйки и все на свете делать умеют. Одна даже клубок с нитками к нему завезла, надеясь поселиться здесь надолго. Вадим не привязывался всерьез ни к кому. Женщины менялись, как дни в календаре. В памяти остались одни претензии и истерики.
Людка вела себя по-другому.
После этого Вадим, закупая в супермаркете продукты, прихватил упаковку с пушистыми мотками ниток. Пусть вяжет, если нравится.
- Молодой человек, спицы для вязания не забудьте купить, подсказала услужливая продавщица.
Вадим, чертыхаясь, приобрел и спицы. Интересно, кого он сейчас из себя изображает? Его лицо скривила усмешка.
Людка, прижав к груди роскошную пряжу, беззвучно заплакала от благодарности.
- Мы с бабушкой всегда старые вещи распускали. Денег было немного, жили на одну ее пенсию.
- А мать с отцом у тебя живы?
- Да. - Ее глаза наполнились слезами.
- Ну ладно, не приятно, не буду спрашивать, захочешь, сама расскажешь.