— Для кого, пардон, лучше?
— Для всех, Антонов. Для всех…. Для неё самой, для мужа, для детей, иногда и для внуков. Природа, я же говорю…. Кстати, убери-ка потную ладошку с моей трепетной коленки. Впрочем, оставь. Не возражаю.
— А…, - замялся Гришка. — Как бы, м-м-м…
— Ты это про меня мычишь?
— Ну, да.
— Всё нормально, Гриня. Давно уже «перебесилась». Между вторым и третьим институтскими курсами. Так что, готова стать идеальной и верной женой. В том смысле, что «налево» посматривать не буду…. Рад, бродяга?
— Э-э-э…. М-м-м…. Пожалуй, что рад.
— Молодец. А, вот, с вами, мужиками, всё гораздо сложнее. Вы постоянно заглядываетесь на короткие юбочки. В любом возрасте. То бишь, готовы «взбеситься» в любой момент.
— Значит, Матильда-Юлька ещё не «перебесилась»?
— Чёрт его знает. Возможно, сама она считает, что процесс уже завершён. Мол: — «Был «сладкоголосый козёл среднего возраста», ладно, так получилось. Но на этом — всё. Не буду больше бегать по мужикам. В том плане, что найду одного единственного и буду век ему верна». Но, вот, глаза…
— Что с ними такое?
— Бесенята там прыгают. Шустрые такие, капризные, любопытные и кокетливые.
— Ясненько.
— И чего это я так разоткровенничалась? — удивилась Сова.
— Мы же с тобой очень похожи. Даже говорим одинаково. Возможно, что и думаем.
— Из серии: — «Просто встретились два одиночества…»?
— Одиночества? — задумался Антонов. — Может, две одинокие половинки некой единой сущности? В толстых современных романах и в голливудских мелодраматических телесериалах такое иногда встречается-случается…. Ещё толкуют о какой-то мистической связи, которая изредка, ни у кого не спрашивая на то разрешения, устанавливается между конкретным мужчиной и конкретной женщиной. Мол, так решили на Небесах…. А, почему мы остановились, не проехав и половину намеченного пути?
— Сушки хочу достать из багажника. Соскучилась слегка…
Гришка, несколько раз нажав на ярко-розовую кнопку, торчавшую из тёмно-зелёной стены, произвёл условную трель — три коротких звонка, два длинных, снова три коротких.
Через пару секунд дверь приоткрылась.
— Приветствую вас, соратники, — поздоровался Шеф, выглядевший, как и всегда, представительно, солидно и брутально. — Ничего подозрительного возле подъезда не заметили?
— Всё чисто, хрум-хрум, — разгрызая очередную сушку, заверила Сова. — В том плане, что полностью безлюдно. Да и по трассе «хвостов» замечено не было. Хрум-хрум…
— Молодцы. Проходите в столовую. Э-э-э, а обувь кто будет снимать? Пушкин? Тапочки лежат в тумбочке. И попрошу — при проведении совещания — соблюдать тишину. То бишь, на время позабыть о любимых кондитерских изделиях.