Но тут мероприятие случилось знаковое, хоть и спонтанное, но политическое по сути.
Эх, репортеров мало… Только от нашей городской газеты «Калужская правда».
И фотограф только со штаба строительства крутится тут с помощником.
Дальше были речи в медный рупор. И все равно слова, произнесенные с импровизированной трибуны, ветер относил в сторону подрагивающего на якорных расчалках гигантского воздушного судна.
Залез я и сам на эту трибуну дирижировать действом.
Наш препод по философии в академии рассказывал, как во время перестройки, еще студентом, подрабатывал он ночным экскурсоводом у трех вокзалов в Москве. На автобусах. Поначалу ставил «весь автобус» посередине Красной площади и долго, часа полтора, рассказывал им разные вещи, которые они не могли знать из-за только что отмененной коммунистической цензуры. Но экскурсанты постоянно уходили чем-то недовольные. И вот как-то он провел эксперимент. Стал водить всю толпу по кругу, останавливал у каждой башни и давал кратенькую, не больше двух-трех минут, характеристику места. Времени и сил на это уходило меньше, а народ был доволен – им показали все!
Так и тут. Речь должен толкнуть каждый. Пусть даже все говорят одно и то же. Так даже лучше. Нам толпу не зажигать надо, а успокаивать. Она и так взбудоражена видом небывалого воздушного корабля.
Все прошло, слава ушедшим богам, прилично. Без эксцессов. Я держал речь последним, и она состояла из одних лозунгов, как у Остапа Бендера в городе Удоеве. После моей последней фразы, что «каждый имеет право не только на труд, но и на отдых» и что в городском саду (ну как саду… дорожки, бордюры, клумбы и тонкие прутики саженцев пока) сегодня весь день будет играть духовой оркестр горнострелковой бригады, толпа потянулась за новыми развлечениями в указанное место. Тем более что там торговать едой и напитками никто не запрещал.
Официальный банкет провели в ресторане только отстроенной четырехэтажной железнодорожной гостиницы «Экспресс». Стояла она напротив недостроенного железнодорожного вокзала Калуги, через площадь от него, на «благородной» стороне, и была оформлена с ним в единый архитектурный ансамбль, в котором главной фишкой стали узоры из красного кирпича, как в здании Исторического музея на Красной площади земной Москвы. В перспективе, как задумали мои архитекторы, так должны выглядеть все здания на этой площади.
Собственником «Экспресса» выступала моя железнодорожная компания. Проект был стандартным для отелей уровня трех звезд моего мира, но здесь такая обстановка временного жилья была в новинку. Помноженная же на традиционную услужливость местного сервиса, она давала просто великолепный эффект. Особенно при дефиците в городе любого жилья люксового класса. А тут даже швейцар на входе выглядел как камергер в парадном обличье. Весь в бороде и золотых галунах.