– Ну ты мерзавец какой, а! – сказала женщина.
– Вы лучше поделились бы, над чем смеетесь?
– Смеяться нельзя, а то сейчас придут Лукришия и Оскар, – продолжая смеяться, сказала Элис. – Лукришии наконец выдался случай пострадать, а Оскар до смерти боится инфаркта. У всех его друзей инфаркты уже были.
– Как насчет ланча?
– Ланча? – Тут женщину вновь потряс приступ смеха. – Как ты можешь в такой момент говорить о еде? Надо сидеть тут, ждать, когда снова позвонит Оскар.
– Он в таком ужасе, даже заикаться начал, – сказала Элис, пытаясь не смеяться. – Никогда раньше не слышала, чтобы он заикался. Спрашивал меня: может быть, нужно позвонить в Ассошиэйтед Пресс, а еще все пытался выяснить, кто у Леандра мать. Он полагает, что у каждого есть мать.
– Какая мать, он уже сам дедушка, – сказала женщина. – Ему сколько было-то? Почти семьдесят?
– Н-да, судя по тому, сколько было ему, – сказала Элис, – его матери, будь она сейчас жива, должно быть минимум лет сто.
– Так, у нас дальше что намечено? Я бы все-таки не прочь перекусить.
– Не оставляйте нас тут одних, – сказала Элис. – Давайте поедим в номере. Я позвоню сейчас в рум-сервис, закажу. Вы что будете?
– Луковый суп и филей, с кровью, но я не хочу есть здесь. Они же вот-вот явятся.
– Я тоже поем, – сказала Элис. – Проголодалась жутко. А они еще долго не явятся. Это же для Лукришии прямо бенефис. Да и Оскар – когда еще он дозвонится до Ассошиэйтед Пресс, а потом Л. Б. Майеру, да и мамочке своей в Нью-Йорк он обя зательно должен будет позвонить. Так что реально надо ждать их только к вечеру.
– Тогда и я поем, – снизошла Дейзи. – Мне то же самое плюс что-нибудь вкусненькое на третье. Мы заплатим.
Жена злодея заказала ланч, и когда его принесли, жена писателя расплатилась, дала официанту на чай и подождала, пока он, кланяясь и пятясь, выйдет за дверь номера, в котором у знаменитого Леандра Аспа случился сердечный приступ. После этого опять разразилась смехом.
– Он не заметил, что мы смеемся, как ты думаешь? – спросила Элис. – А то Лукришия, если узнает, никогда нам этого не простит.
– Да он вообще ни сном ни духом, – сказал мужчина. – Они все ходят с таким видом, во всех дорогих отелях. Сколько ты ему заплатила?
– Сорок.
– Будет врать-то!
– Не веришь – не надо, а мне отдай сорок, – сказала женщина.
Мужчина дал ей сорок долларов, они сели и принялись есть. После ланча мужчина растянулся было на одной из кроватей в спальне, но женщина стала его гнать:
– Только не здесь, это та самая кровать, на которую уложили его.
Несмотря на это, мужчина не двинулся, и женщина сама прилегла тут же рядом и обняла его.