Третье письмо было написано по-английски:
«Я не хочу беспокоить тебя и напоминать о каких-то давно ушедших в прошлое узах, нас соединявших, но ты единственный человек, который может мне помочь. У меня очень большие неприятности. Если у тебя будет возможность, загляни в ближайшем будущем на Альдебаран-5. Адрес тот же, хотя декорации несколько изменились. Искренне твоя Рут».
Три воззвания к человечности Френка Сандау. Какое отношение имеет, если имеет, хотя бы одно из них к снимку в моей куртке в левом кармане?
Веселая пирушка, которую я устраивал у себя, была своего рода прощальным ужином. В данный момент все гости покинули мою планету и находились на пути к родным мирам. Когда я устраивал эту пирушку, чтобы наиболее веселым и эффектным способом отделаться от гостей, я знал, куда потом отправлюсь сам. Но снимок Кати заставил меня изменить планы.
Все три моих адресата знали Кати. Знали, чем и кем она была для меня. Рут в свое время могла заполучить снимок Кати, который теперь мог использовать ловкий монтажер. Марлинг запросто мог сотворить такую штуку тоже. Бюро Безопасности имело достаточно обширные архивы и лаборатории, в которых ничего не стоило подделать снимок. Но все это с таким же успехом могли быть мои пустые домыслы. Странно, что в пакете не было никакой записки. Ведь этот кто-то должен что-то хотеть от меня получить?
Просьбу Марлинга нужно будет уважить, иначе я никогда больше не смогу уважать себя. Но до пятого периода в северном полушарии Мегапеи еще далеко — почти целый год. Следовательно, по дороге можно будет сделать несколько остановок.
Какие и где?
Бюро Безопасности не имело никакого права требовать от меня услуги, и подданным Земли я тоже не был. Конечно, я всегда был готов помочь родной планете всеми силами, но дело было не столь уж жизненной важности, если тянулось двадцать лет. В конце концов Земля, насколько я знаю, по-прежнему существовала и функционировала так же, как и всегда, то есть плоховато. И если я им был до такой степени необходим, как они уверяли во всех письмах, они могли бы уже кого-нибудь прислать встретиться со мной.
Оставалась Рут.
Рут — это было совсем другое дело. Мы прожили почти год вместе, пока не поняли, что просто мучаем друг друга и ничего путного у нас не выйдет. Мы расстались друзьями. Рут значила для меня немало. Хотя я был удивлен, что она все еще жива. Но если ей нужна моя помощь, я сделаю все, что смогу.
Значит, так и сделаем. Я отправлюсь к Рут, быстро вытяну ее из переплета любого рода, потом проследую на Мегапею. И где-то в пути я могу напасть на след, получить хоть какой-нибудь намек относительно того, кто, когда и зачем и каким образом присылал мне снимки. Если же я ничего не узнаю, то отправлюсь на Землю и свяжусь с ЦДРЗ. Предложу им услугу за услугу.