– Нет, Джул, твой Ланик просто помешан на пушках, – брызнув на артиллериста водой, с усмешкой сказал лейтенант-пехотинец.
– Почему мой? Наш! – тоже усмехнулся Богс. – И разве это плохо? По-моему – наоборот!
– Вы оба помешаны, – продолжил Доугберри, – не просто помешаны, а любите их пылкой и страстной любовью! Я бы не удивился, если бы узнал, что вы и спите с ними! Вот так – по ночам пробираетесь и каждый со своей пушкой…
– Да ну тебя! – Брызнул водой в ответ на пехотинца Богс. Таиса усмехнулась, она хоть и отошла далеко от купающихся, но прекрасно всё слышала. После офицеров купались матросы. А затем, после того как сделав паузу, словно давая людям отдохнуть, задул ветерок. Ветер был хоть и не совсем попутным, но достаточным для того, чтоб фрегат развил неплохую скорость. Команда «Неустрашимого» очень удивилась, если бы узнала, что этот ветер дует только в паруса их фрегата и ощущается лишь на его палубе. Ветерок дул, так как того хотела Таиса, ей просто надоело это ничегонеделание, как она уже знала – штиль в этих широтах мог продлиться довольно долго.
В полдень следующего дня встретился корабль, стоящий с обвисшими парусами. Подойдя к нему, «Неустрашимый» тоже попал в полосу штиля. Таиса, переставшая создавать нужный для движения корабля поток воздуха, с интересом разглядывала повстречавшийся корабль, имеющий какой-то неопрятный вид. На нём болтался только один флаг – сигнал готовности принять досмотровую партию с «Неустрашимого». На фрегате сразу подняли сигнал – приготовиться к досмотру, а на неизвестном корабле не посмели возражать.
– Контрабандист, работорговец, – кивнул в сторону корабля проходящий мимо Таисы и Лоренса лейтенант Доугберри, который во главе досмотровой партии направлялся к шлюпке, спущенной на воду. Чему-то криво усмехнувшись, он сделал приглашающий жест: – Господа гардемарины, не желаете ли присоединиться?
Лоренс отказался, а Таиса, сама не понимая почему, направилась к шлюпке. Уже сидя в ней, она спросила у лейтенанта-пехотинца:
– А почему контрабандист, да ещё и работорговец?
– Он возит рабов с Южного континента на Восточный, потому и работорговец. А такая торговля запрещена международной конвенцией, потому и контрабандист. И таких много, – ответил Доугберри, а Таиса снова спросила:
– Но если запрещено, почему они это делают?
– На плантациях восточного континента требуются рабочие руки. За чёрных рабов хорошо платят, а те, кто хочет быстро заработать, всегда найдутся.
– И что же мы будем с ним делать? – девушка кивнула на приближающийся корабль.