– Ничего, нам ему нечего предъявить, в судовых документах указан какой-нибудь нейтральный груз, за которым они только направляются, – пожал плечами лейтенант и, указав на плавники акул, снующих вокруг корабля контрабандистов, добавил: – Рабов на нём уже нет, он их сбросил.
– Куда сбросил? – не поняла Таиса, Доугберри усмехнулся:
– В море, видишь, акулы? Они всегда следуют за такими кораблями. Их невольные пассажиры мрут как мухи, до заказчика едва ли половину довозят. Вот акулы и тянуться за такими калошами.
– Но как же?..
– Увидишь, гардемарин, увидишь!
Таиса брезгливо ступала по, казалось, скользкой от грязи палубе. Капитан и матросы, такие же грязные, как и их корабль, глумливо ухмылялись. Как и предполагал лейтенант Доугберри, судовые документы были в порядке, этот корабль должен был везти какао, но, по словам его капитана, ещё не успел загрузиться. Оставив солдат на палубе, взяв с собой всего двоих, Доугберри с Таисой спустились в трюм. В нём стояла такая вонь, что если бы не широкий проём в борту, там невозможно было бы там находиться.
– Вот, специальный люк, через него грузят живой товар, через него же их сейчас и выбросили в океан. Даже не закрыли, подонки. Понимают, что мы им ничего предъявить не сможем, – Доугберри показал на широкий проём в борту.
– Как же это можно сделать? – удивилась Таиса. – Разве рабы не сопротивлялись? Они хотя бы могли упереться во что-нибудь! Схватиться за что-то!
– Видишь, тут только гладкие стены, схватиться не за что, а не то что упереться. К тому же всех рабов приковывают к одной цепи, надо только её конец с чем-нибудь тяжёлым выбросить за борт, и она всех туда и утянет. А пленники уже достаточно ослаблены, так что особого сопротивления оказать не могут.
Таиса огляделась, в этом трюме чувствовалась атмосфера постоянного страха, а сейчас отчётливо проступал рисунок недавнего ужаса. Хотя это видела только Таиса, остальным тоже было не по себе и на их лицах отчётливо было написано желание: покинуть это место как можно быстрее. Девушка подошла к одному из бортов и провела по нему рукой, потом сделала то же самое и с другим. При этом её губы что-то шептали. Лейтенант понимающе кивнул – ему самому хотелось произнести то ли молитву, то ли проклятия. А он уже много раз видел подобные корабли и такие трюмы, а вот этот юноша это увидел в первый раз, и его состояние вполне понятно.
– Жаль, что этих работорговцев никак наказать нельзя! – мотнул головой в сторону палубы один из солдат, после чего сплюнул на пол.
– Можно, – гневно стиснула кулаки Таиса, – можно! И наказание последует незамедлительно! Акулы не останутся без добычи!