– Следующий ряд, – бормочет он. – Здесь дела, датированные только две тысячи шестым годом.
Через пару минут он останавливается и начинает карабкаться на полку. Достает одну из коробок и бросает ее мне. Она легче, чем я ожидала. Ставлю ее на пол. Верджил передает мне еще три.
– И все? – удивляюсь я. – Мне казалось, вы говорили, что в заповеднике собрали тонну улик.
– Так и было. Но дело раскрыто. Мы сохраняем только те улики, которые имеют непосредственное отношение к людям, а такие, как пробы грунта и поломанные растения, разный мусор, который в результате, как оказалось, не имел отношения к делу, уничтожается.
– Если здесь уже все перебрали, зачем мы опять будем рыться в коробках?
– Можно десять раз пересмотреть мусор и ничего не увидеть. А потом смотришь в одиннадцатый, и то, что ты искал, оказывается прямо у тебя перед носом.
Он снимает крышку с верхней коробки. Внутри бумажные пакеты для улик, запечатанные скотчем. И на скотче, и на самих пакетах надпись «НО».
– «Но»? – читаю я. – Что в этом пакете?
Верджил качает головой.
– Это инициалы Найджела О’Нилла, полицейского, который в ту ночь искал улики. По протоколу полицейский должен указывать свои инициалы и дату на пакете и скотче, чтобы в суде можно было представить цепочку доказательств.
Он указывает на остальные пометки на пакете. Номер доказательства с подробным перечнем: шнурок, рецепт. Еще один. Одежда потерпевшей: рубашка, шорты.
– Откройте вот эту коробку, – велю я.
– Почему эту?
– Вы же слышали, иногда какой-то предмет способен оживить память. Хочу убедиться, правду ли говорят.
– Потерпевшая не твоя мама, – напоминает мне Верджил.
Насколько я понимаю, этот вопрос пока остается открытым. Но Верджил открывает бумажный пакет, надевает перчатки, лежащие в коробке на полке, и достает шорты цвета хаки и разорванную, задубевшую футболку, слева на груди вышит логотип Новоанглийского слоновьего заповедника.
– И? – торопит меня Верджил.
– Это кровь? – спрашиваю я.
– Нет, пятна от сока. Хочешь быть детективом, будь им, – отвечает он.
И все же мне не по себе.
– В такой форме ходили все в заповеднике.
Верджил продолжает рыться в вещах.
– Вот оно, – говорит он и достает пакет настолько плоский, что, кажется, в нем и нет ничего. Надпись гласит: «Улика № 859, волос, найденный в мешке с трупом». Он прячет пакет в карман. Потом берет две коробки и несет к выходу, бросив через плечо:
– Помоги.
Я следую за ним с оставшимися двумя коробками. Я совершенно уверена, что он намеренно взял те, что полегче. Такое впечатление, что в моих лежат кирпичи. На выходе дремавший Ральф поднимает голову.