– Что?..
– Ну, вот это… в зубах.
– А-а… Пять тысяч. Нет, это гонорар.
– За что?
– Да пригласили нас с Шахиным сегодня в одну фирму… Ну вот… приехали, приняли участие… в мероприятии…
– Это что ж за фирма такая?
– Слушай, не помню, – спохватился я. – Сейчас уточню…
Вот с чего следовало начать! Не с Цолькинов с бактунами, не с Болона Йокте (кто бы он там ни был), а выяснить хотя бы, с кем мы вообще связались.
Клавиатуры я коснуться не успел – завопил телефон.
– Слушаю…
В трубке дышали – хрипловато и прерывисто. Затем незнакомый голос (то ли высокий мужской, то ли низкий женский) сдавленно произнёс:
– Ты ведом силой вневременности…
– Чего?.. – не поверил я своему правому уху.
– Ты опечатываешь память смерти планетарным тоном проявленности… – с ненавистью продолжал голос. Сделал паузу и неожиданно заключил: – Хрен ты попадёшь на Ураков бугор!
Трубку бросили.
Ошарашенный, я повернулся к стеллажу и уставился на хрустальный череп, в зубах которого ничего уже не алело.
– Кроличек… – заискивающе позвал я.
– В холодильнике, – сказала жена.
Я вышел на кухню, открыл холодильник, налил себе водки (кстати, за банкой горчицы нашёлся потерянный позавчера пульт от телевизора) и вернулся к монитору.
«Хрен ты попадёшь на Ураков бугор…» Тогда одно из двух: либо нас всё-таки подслушали в «Конфетках-бараночках», либо у меня под старость лет наконец-то прорезалась интуиция.
Ураков бугор…
Связался с Игорем.
– Звонили тебе?
– Звонили, – нехотя отозвался он.
– И что сказали? Что ты ведом силой вневременности и опечатываешь память смерти?
– Бери выше, – буркнул Игорь. – Я опечатываю выход пространства ритмическим тоном равенства.
– Да, угораздило тебя… Кто ж это звонил, интересно?
– Во всяком случае, не от Неженского…
– Думаешь, конкуренты?
– Чьи?
В самом деле, чьи? А ведь, наверное, наши. В противном случае позвонили бы самому Гордею Исаевичу. Неплохая, между прочим, тема: борясь за право спасти мир, две соперничающие группировки уничтожают друг друга, что, собственно, и приводит к концу света.
– Хорошо, а цель звонка?
– Видимо, запугать хотят… Вернём череп – Неженский отдаст заказ кому-нибудь другому… Им и отдаст.
– А мы вернём?
– Нет.
– Слушай, ну хотя бы забери его тогда…
– Ну мы же договорились!
В дверном проёме возникла жена с тарелкой и губкой.
– С кем это ты? С Игорем?
– Да.
– Чего хочет?
– Да вот думаем… Может, череп пока у него побудет…
– Обойдётся, – сказала жена. – Череп ему… Хорошо смотрится. Прямо как там и был.
* * *
Справки я навёл. В «Яндексе». Начал с того, что набрал Петра Агрикова. Получил несколько ссылок на «Повесть о Петре и Февронии Муромских»: «Смерть моя есть от Петрова плеча, от Агрикова меча…» Должно быть, в мировой паутине референт заметной личностью не считался. Мелкая сошка. Тогда я попытал удачи с Гордеем Исаевичем Неженским – и был вознаграждён таким количеством упоминаний, что в глазах зарябило.