Мимолетная улыбка тронула губы Брендига, но он тут же перешел к своему ежедневному докладу.
— Могу с удовольствием сообщить вашему величеству, что драснийские техники закончили возведение подъемников над утесами, — сообщил он. — Остается только установить противовесы, которые помогут поднять чирекские военные суда.
— Прекрасно, — сказала Се'Недра с отсутствующей глупой улыбкой, которая, как она знала, приводила полковника Брендига в бешенство.
Челюсти Брендига слегка сжались, но лицо его ничем не выдало других признаков короткой вспышки ярости.
— Чиреки начали снимать мачты и снасти со своих кораблей, готовя их к переправе волоком, — продолжал полковник. — Создание укрепленных позиций на верху утесов завешено за несколько дней до намеченного срока.
— Превосходно, — воскликнула Се'Недра, хлопая в ладоши и тем самым выражая свой детский восторг.
— Ваше величество, пожалуйста… — жалобно сказал Брендиг.
— Виновата, полковник Брендиг, — извинилась Се'Недра, нежно похлопывая его по руке. — Почему-то вы пробуждаете во мне самые суетные свойства характера. Вы когда-нибудь улыбаетесь?
Брендиг строго посмотрел на нее.
— Я стараюсь улыбаться, — ответил он. — О, к вам прибыл гость из Толнедры.
— Гость? И кто же это?
— Генерал Вэрана, герцог Анадильский.
— Вэрана? Здесь? Что он делает в Олгарии? Он один?
— С ним еще несколько господ из Толнедры, — отвечал Брендиг. — Они не в форме, но производят впечатление военных. По их словам, они прибыли сюда в качестве частных наблюдателей. Генерал Вэрана выразил желание засвидетельствовать вам свое почтение, как только это будет удобно.
— Конечно, полковник Брендиг, — сказала Се'Недра с энтузиазмом, который уже не был наигранным. — Пожалуйста, сейчас же пришлите его ко мне.
Се'Недра знала генерала Вэрану с раннего детства. Генерал был стройным мужчиной с седеющими курчавыми волосами и несгибающейся в колене левой ногой.
Вэрана обладал обостренным, но не часто проявляющимся чувством юмора, столь характерным для семейства Анадилов. Из всех дворянских семей Толнедры Боруны имели наилучшие отношения именно с ними. Оба семейства были уроженцами юга, и Анадилы обычно принимали сторону Борунов в их спорах с могущественными семействами севера. И хотя Анадил был только герцогством, в союзе его с великими герцогами дома Борунов никогда не было и намека на подчиненность.
Действительно, герцоги Анадильские весьма частенько с мягким юмором говорили о своих более могущественных соседях. Серьезные историки и государственные деятели давно считали несчастьем для империи то обстоятельство, что дом Анадилов не обладал достаточным богатством, чтобы претендовать на императорский престол.