– Почему ты не сказал Нуару правду, кто освободил Малахая?
– Как я мог? Сетх никогда не оказался бы здесь, если бы не я. Мне показалось, это наименьшее, что я мог сделать. Я даже представить не мог, что глупый ублюдок скажет Нуару правду. Как я уже говорил, Сетх не знает, когда стоит залечь на дно и не высовываться.
«В точку».
– Нуар выполнил свое обещание. В течение веков он обрушивал на голову этого мальчика кромешный ад. Фактически открыл сезон, позволив любому демону в этой сфере делать с Сетхом все что угодно.
– Спасибо, что не показываешь мне этого.
Джейден кивнул.
– Что же подтолкнуло Нуара освободить Сетха через столько времени?
– Он ему нужен. Играя... – выплюнул Джейден слово, полное сарказма, – с Ловцами снов, взбунтовавшимися Онероями, Нуар узнал о так называемом ключе к Олимпу.
– И что это за ключ?
– Нечто такое, что может убить любого из греческих богов, даже Зевса, и передать всю силу одному. Владельцу ключа не нужен Малахай, чтобы завладеть миром. Он станет могущественнее всех.
«И если речь о Нуаре... Да уж. Не повезет тому, кто окажется у него на пути. Хоть человеку, хоть божеству».
– До того, как Нуар узнал больше, Ловцы снов улизнули от него и вернулись домой. Все, кроме одного. Его пытали больше года, стараясь выведать, где спрятан ключ.
– Но им не удалось его сломить?
– Нет, его разорвали... на множество кусков. Но прежде, чем умереть, он сказал Нуару, что только одному Ловцу снов известно, где находится ключ.
– Солину.
Джейден кивнул.
– И раз никто из нас не в силах захватить в плен Ловца снов, Нуар пошел к Сетху.
Она нахмурилась, пытаясь переварить слова Джейдена.
– Почему ему под силу пленить Ловца снов?
– Как сын хаоса, войны, агрессии и разрушений Сетх владеет определенными божественными силами. Каждый раз, когда Нуар забирает у него не все силы, Сетх может отправить ласточку со своей шеи исполнять его приказы. Именно ласточка схватила Солина во сне и принесла сюда.
В полном потрясении и изумлении Лидия пыталась осмыслить открытое Джейденом. Новость оказалась для нее полной неожиданностью. Хотя у богов довольно часто на теле имелись живые знаки.
– Откуда она у него?
– Сейчас будет вишенка на торте. Его горе и боль заклинали ласточку из эфира.
«Бред какой-то».
– В смысле?
– Ласточка играла две главные роли в Древнем Египте. Чаще всего именно ее облик принимали мертвые, чтобы вернуться на землю и увидеть своих близких. Либо же ласточкой оборачивались боги. Яркий пример – Исида. В образе ласточки она искала по всему Египту останки убитого мужа. И раз богам было угодно принимать такой облик, ласточку почитали и приветствовали. Но в то же время, именно она являлась предвестником горя и печали.