— Я не хотел тебя смущать, но то, как ты в этом выглядишь, — его взгляд многозначительно скользнул вниз.
Анна съежилась. Она подумала, что даже в порнофильмах для соблазнения девушек используют фразы получше.
— Спасибо, — небрежно сказала она, осторожно потянувшись за полотенцем.
— Но я всегда считал, что ты великолепна!
«Лжец», — подумала Анна. Но голос Гленна звучал так искренне, что она моментально потеряла бдительность. Когда он подошел ближе и сжал ее в своих объятиях, она была слишком ошеломлена, чтобы протестовать.
Затем его рот приблизился к ее губам. О Боже!
Когда-то Анна могла спокойно принять его поцелуй, но сейчас она думала о том, что его липкое туловище было прижато к ее коже, а его язык настойчиво пытался проникнуть в ее рот. Анна попыталась вырваться, но Гленн лишь сжал ее крепче, как будто она сопротивлялась для того, чтобы возбудить его. Она издала негромкий крик и оттолкнула его.
— Гленн… не надо. Пожалуйста.
Он отступил назад с притворно оскорбленным выражением лица.
— Ты шутишь, да?
— Нет, не шучу, — Анна вложила в свои слова столько убедительности, сколько могла, не прибегая к крику. Она не хотела, чтобы остальные это слышали. — Ты мне нравишься. Давай все так и оставим, хорошо?
Но она тут же поняла, что ей не стоило этого говорить.
— Ты мне тоже нравишься, — проговорил Гленн сиплым от волнения голосом, прищурив глаза. Он провел кончиком пальца по ее ключице. Анна никогда раньше не замечала, какой он волосатый, как обезьяна.
— Я не это имела в виду, — слабо запротестовала она.
— Я знаю, но разве друзья не могут немного развлечься? — Он игриво потянул за одну из ее завязок.
— Перестань, Гленн. Я серьезно. — Анна вставила в свой голос беспечную нотку, отчаянно надеясь, что ей удастся его успокоить.
— Я тоже. — Гленн оскалил зубы. Его влажное тело вызывало у Анны отвращение.
— Послушай, если я невольно дала тебе напрасные надежды, я…
Он закрыл ее рот своим и прижался к ней всем телом. А затем улыбнулся ей во весь рот. Его палец пробрался под резинку ее бикини. Когда Анна попыталась вырваться, ей показалось, что Гленна это лишь сильнее воспламенило.
— Перестань! — прошипела она. — Прекрати сейчас же, или я…
— Закричишь? — с изумлением спросил Гленн низким и глубоким голосом, как будто у них есть секрет от всех остальных, что на самом деле так и было: они оба знали, кого обвинит Моника.
Снова засомневавшись, Анна не отвечала достаточно долго, чтобы Гленн воспринял ее молчание как согласие и начал коленом раздвигать ее ноги. Анна почувствовала под влажными спортивными трусами Гленна его твердый и горячий пенис, и ее охватила паника. Она подумала о Марке, его нежности. Это придало Анне сил, которых ей не хватало.