_ А ну, стой! — крикнула вдруг Ксанка, так что Валерка вздрогнул и сам остановился. А девушка уже летела по улице за пацаном, одетым в рванье.
— Стой, Кирпич!
Мальчишка бежал неуклюже, но быстро. Валерка включился в погоню. Через квартал пацан понял, что от кавалера чекистки ему не уйти, и свернул во двор. Проход на другую улицу, где легче затеряться, оказался заперт. Кирпич подпрыгнул, вцепился в край забора и уже почти подтянулся, когда Валерка схватил его за ноги.
— Не бейте, дяенька! — завопил мальчишка и попытался сбросить рвань, за которую его держал Мещеряков.
— За руки! За руки его держать надо, — подоспела запыхавшаяся Ксанка и показала как.
— Больно, больно!
— Не канючь, Кирпич.
— Шустрый парнишка, — заметил Валерка, возвращаясь на мостовую.
— Мне б хавчей, вообсе не догнали бы!
— Нам бы тоже харчей не помешало — после такой беготни, — усмехнулся Валерка.
— Почему из детдома сбежал? — спросила Ксанка.
— А чего они девутся?
— Врешь?
— Не-а.
— Разберемся.
Ксанка взяла беспризорника за одну руку, а Валерка — за другую. Мальчишка перестал выворачиваться, почувствовав себя в двойных тисках.
— Ты лучше скажи, кто тебе велел про Илюху Косого мне рассказать? спросила Ксанка.
— Никто.
— Пацан, ты с нами не шути, — сказал Валерка. — Мы ведь можем тебя и в тюрьму отвести. Кирпич пренебрежительно сплюнул.
— Или наоборот, — предложила Ксанка, — освободим, а слух пустим, что ты Косого заложил.
— Йе-бо, никто не велел. Могу забожиться! — мальчишка поочередно заглядывал в лица своих спутников. — Я в салмане одном услысал, от деловых. А Илюха — он не нас, он не вол, а идейный.
— Это Косой — идейный?
— Не нас он, вот я вам и сказал.
— А чего тогда боишься?
— Ему селовека убить — нисего не стоит, — сказал Кирпич. — Луце уж я в детдоме буду сидеть, сем у него на муске.
— Балда ты, парень, — сказал Валерка. — Тебе учиться надо, а не по шалманам таскаться.
— Если узнаю, что ты нас обманул специально или кто велел тебе это сделать, я тебя из-под земли достану, — пообещала Ксанка. — Из-за твоих слов нашего друга ранили, понял?
— Я помось хотел. И вам и своим. Нам этот Косой только месает!
— Ты его куда поведешь? — спросил Валерка.
— На Одесскую, в детдом, — сказала девушка. — Спасибо, что помог догнать.
— Завтра увидимся. Пока, шкет.
— Пока, флаел! — Кирпич лихо сплюнул на мостовую и побрел за Ксанкой.
— Разрешите, господин полковник?
— Прошу вас, Петр Сергеевич, — хозяин кабинета встал и протянул вошедшему руку.
Таким образом полковник Кудасов давал понять, что, несмотря на официальные дела, они со штабс-капитаном Овечкиным прежде всего товарищи по оружию. Да и в субординации ли дело? Капитан разведки (полковник так высоко ценил свое ведомство) порой стоит больше, чем генерал от инфантерии. Особенно в нынешней ситуации, когда Овеч-кин по-прежнему сражается с большевиками, а пехотные генералы проедают пенсию, положенную Союзом офицеров за прошлые заслуги.