Оттолкнув и эти мысли, Дима наскоро вытерся и вышел в спальню. Ещё пару минут смотрел на девушку и присел на кровати. Переставив будильник на час раньше, он устроился на кровати. Что ж, завтра утром они наверстают упущенное, как бы Лина не возмущалась и не требовала дать ей поспать. После секундного колебания, он решил, что обнимать её сегодня во сне не будет. А то это чревато ещё одним душем.
Проснувшись от настойчивых ласк Дмитрия, Лина, не обращая внимание на горящее желанием естество, недовольно посмотрела на мужчину. Дима вовремя закрыл её рот поцелуем, а когда его губы переместились к шее, Лина только и смогла, что тяжким вздохом выразить свое недовольство. Усмехнувшись, Дима осознал, что это была её полная капитуляция. Его пальцы погрузились в её лоно. Почувствовав влагу, Дима больше не сомневался не секунды. Закинув её ноги себе на плечи, он мощным резким рывком полностью погрузился в неё. Не сдержав стона удовольствия, он чуть отстранился и вновь вошел на всю глубину. Чувствуя как Лина отзывается на каждое его движение, Дима совсем отпустил контроль над своей страстью. И уже через несколько минут они вместе улетели в нирвану.
Откатившись в сторону, Дима обнял Лину, по привычке устраивая её голову на своем плече. Рассеянно лаская её спину и ягодицы, он усмирял дыхание, наблюдая за Линой. Вот она уже пришла в себя, вновь бросила на него рассерженный взгляд, но промолчала и посмотрела на часы. Чуть заметно поморщилась, но потом видно что-то для себя решила и кивнула. Перевернувшись в его объятиях (ага выпустит он её, как же!) на живот, Лина взглянула в его глаза.
— Решил наверстать вчерашний вечер? — насмешливо спросила она. Дима с улыбкой кивнул, накрывая её грудь ладонью и лаская пальцем упругий сосок. Лина хмыкнула, понимая что он только что демонстрировал свои намерения продолжить начатое. Скользнув взглядом по его обнаженному торсу, она невольно задержала его на полоске волос внизу живота, переходящую… Она с трудом перевела взгляд от фаллоса и, посмотрев ему в глаза, поняла, что он наблюдает за ней. Он не был сейчас возбужден (что неудивительно), но при этом ласками воспламенял её. Его рука, скользнув по спине, накрыла ягодицу, на мгновение сильно сжав её. Но на этом он не остановился, пальцы проникли между её бедер, раздвигая нижние губы. Лина резко напряглась, стараясь отодвинуться, чтобы его ласки перестали быть такими глубокими и оттого невыносимо возбуждающими. — Диимм, — пробормотала Лина, — я тоже хочу… — закусив губу, чтобы сдержать слова: приласкать тебя, она закончила: — удовлетворить свое любопытство. — она привстала на локтях и начала пальчиками водить по его груди, медленно спускаясь к животу, и в то же время наблюдая, как её ласки действуют на его состояние. И почти не удивилась, когда увидела, что член (хотя его-то она не трогала) сразу откликнулся на прикосновение. Но желания пошалить не прошло. Наклонившись, она уткнулась губами в его шею. На мгновение захотелось отомстить ему за отметину на шее, но она быстро забыла об этом желании, так как его рука метнулась к её подбородку, приподнимая его. Несколько секунд Дима вглядывался в её глаза, пытаясь найти ответ с чего такие перемены в её поведении. Неужели это, действительно, любопытство? И почему её достаточно невинные ласки так действует на него. Но один взгляд на чуть приоткрытые губы, и он впивается в них в жестком требовательном поцелуе. И она уступает ему, невольно смягчая напор, в то время как её рука продолжает путешествие вниз. И накрывает его возбужденный член. Дима чувствует её секундное замешательство и удивленный выдох, но уже через мгновение её пальчики начинают осторожно, неуверенно ласкать его. И это оказывается достаточным, чтобы он застонал от удовольствия. Перехватив её ладошку, он положил её на грудь.