Поют фантастические хоралы звезд, распахиваются свитки сияния, испещренные пока не прочитанными письменами древнейших космических цивилизаций, кружится под твоими ногами на глаз огромная, на деле — крохотная былинка — Земля, влечет тебя, помимо личных земных дорог — на свои галактические, а те — на бескрайние и на безвременные, для людей, тропы Вселенной. И получается путь твой четырехмерным, а там, кто знает? — может быть, найдется пятый и шестой, и так до бесконечности…
— Сейчас бы пельменчиков, — мечтательно сказал сын.
— А?.. — я огляделся. На юго-западе догорал малиновый закат, отблески его текли по темным склонам, чисто и пронзительно глубоко синело над головой холодное небо: — Пельменчиков? Да-а, пожалуй.
— Так и не добрались до Желтой сопки, — сказала жена.
— Кусты подзадержали. Она где-то рядом, но лучше не торопиться. Ночуем.
Мы выбрали намет под метровым пойменным уступом, вкопались в него и поставили палатку. По уступу широко и густо торчали заледенелые руки кустов, и там никто без треска и звона не подойдет, даже самый ловкий зверь горностай.
После ужина сын взял кусочек фанерки, служивший нам столом, и вывернул на него карман. Со стуком посыпались отшлифованные водяными потоками разноцветные камни.
— Господи! — удивилась жена. — Где ты успел?
— У Водяного Красноглазика. — Сын хитро подмигнул.
— Это, наверное, яшма? — Жена подняла плоский треугольничек, исчерченный желтыми, красными, зелеными и оранжевыми слоями.
— Вроде, — я повертел теплый камешек в руках.
— А это халцедончик. Смотри, какой глубокий.
— А это что? — Сын протянул блестящий белый обломок, отшлифованный только с двух сторон. На ребре его торчал вороненый коричневатый кристаллик.
— Кварц и касситерит, оловянная руда. По этому обломку, как по учебнику, можно изучать образование любых россыпей. Твердые кварцевые жилы вымываются из мягких горных пород, потом их разрушают вода, ветер, мороз, солнце. Кварц превращается в песок, а металл — он потяжелее — оседает в тихом, спокойном месте. Природа работает как обогатительная фабрика. Человек найдет, а тут уже все разложено по полочкам. Главное — найти… А это вот сланцы, а это — песчаник. Очень давно тут происходили ужасные дела. Море было и ушло, начались землетрясения, вулканы заполыхали. Камешки об этом все могут рассказать. Выросли горы, их стали разрушать силы природы. И вот теперь остатки огромных вершин на дне реки…
Сын собрал камни, потряс их в ладонях, сложенных корзиночкой, и вдруг удивленно посмотрел на меня;
— А куда из речки вода-то усочилась?