Сотовый звонил, казалось, целую вечность, будто вечно кружащая вдали «Скорая». Наконец телефон умолк, и я открыл глаза. В каюту сочился солнечный свет, как луч от пляшущего на волнах прожектора. Голова болела, однако чувствовал я себя лучше, чем когда только вернулся.
В девять утра я приехал к себе на лодку, выпил рюмку бренди вместо завтрака и, сняв мокрую одежду, растянулся на диване. Если мне и снились сны, то я их не помнил. Да и не хотел помнить. Потерев виски, я взглянул на часы: почти четыре дня.
Встал с дивана и проверил список входящих звонков на телефоне: номер звонившего не определился. Тогда я проиграл сообщения на автоответчике; слушая их, прошел на камбуз и налил себе апельсинового сока.
Первое сообщение оставила Лесли Мур:
– Шон, вы в порядке? Перезвоните, пожалуйста.
Следующие два тоже оставила детектив Мур. Содержанием от первого они практически не отличались, разве что тон детектива становился все резче. Ладно, подождет. Сперва надо принять горячий душ: отмыться от пота, грязи и ощущения безнадеги.
Через полчаса я проверил скрытую камеру на книжной полке: работала она просто замечательно, передавая изображение на ноутбук Дэйву. Надо будет попозже научить его и Ника редактировать и монтировать видео.
Сделав себе горячий бутерброд с индейкой и горчицей, я поднялся наверх. До заката оставалось еще несколько часов, и первая рыбацкая лодка уже возвращалась в порт. С флайбриджа я видел толпы загорелых – и даже обгоревших на солнце – туристов.
Хотелось позвонить соседу и спросить, как там Макс, но тогда пришлось бы сказать, когда я вернусь. Возвращаться домой пока не хотелось.
– Эй, на пивко не пригласишь? Нарушаешь портовый этикет! – Обернувшись, я увидел Ника. Тот стоял у моего кокпита, сжимая в руках по бутылке. – Вот я и сказал себе: иди к Шону и научи его добрососедским манерам.
– Поднимайся!
Ник широко улыбнулся и осторожно, чтобы не пролить ни капельки пива, взбежал по ступеням. Вручив мне бутылку «Короны», он присел у консоли.
– Салют! – сказал сосед, сделал большой глоток и утер губы. – Давно приехал, Шон?
– Да вот, только проснулся. Последние часов семь я крепко спал.
– У тебя никак смена часовых поясов. За границу мотался?
– Можно и так сказать.
– Надеюсь, не в Грецию?