— Здесь все понятно, — сказал Сухинин. — Но мне генерал говорил, что вас интересует Загряжский. Тут, как ни крути, яд не применяли. Секретарша разговаривала с ним перед уходом на обед, а пожар случился через полчаса. К нему приезжали дипломаты из Судана. Мы строим для них атомный реактор. И что удивительно, при пожаре он не тронулся с места, будто спал, и дым ему не мешал. Времени ему хватило бы выскочить из горящего помещения. Однако его гости не пострадали. Значит, они ушли до начала пожара. Это уважаемые люди, дипломаты, мы с ними в хороших отношениях. Загряжский курировал стройку. Он для арабов был царь и бог.
— Извините, я разговаривал с его секретаршей. За последние два месяца Елена посещала губернатора шесть раз. У меня к вам просьба: узнайте, для кого в это время Загряжский арендовал или просто дарил жилплощадь, с широкого плеча. Загряжский распоряжался госимуществом как своей собственностью. На два адреса прошу обратить особое внимание: Гоголевский бульвар, дом пять в Москве и в городе Пушкино по Садовой семь. Отдайте срочное распоряжение: любой свежий труп тут же на вскрытие. Часть из них можно будет откачать.
Из всего сказанного Ильин ничего не понял.
Наташа тоже пыталась вести расследование.
Секретарше будто по секрету девушка сказала, что она журналистка, и показала ей из-под полы удостоверение. А та вроде как поверила.
— Эта стерва не сможет сидеть спокойно. Наверняка она занимается чем-то криминальным. Я была у помощника губернатора. Там все в соплях и слезах. Возможно, он давал заработать своим людям, иначе откуда такая скорбь? На похоронах поговорила с его секретаршей. Знает она намного больше, чем говорит. Заявила, что его убили. Наташа представилась племянницей Загряжского. Мне она сказала: «Хочешь отомстить за дядьку — ищи арабов из Судана. Когда делегация появилась, я ушла на обед. На сердце у меня было неспокойно. И еще. Охранников в офисе десять человек, а в этот день в здании было человека три, которых наверняка подкупили, и те разбежались во время пожара, начавшегося после ухода делегации. Но вряд ли арабы в этом замешаны. Электропроводка здесь тоже ни при чем, везде стоит защита. При малейшем задымлении вырубается электричество и включается «душ». Значит, защита была выключена. Но никто ни в чем разбираться не хочет. Лена Луцис часто посещала Загряжского. Всегда без очереди проходила. Возможно, гибель Загряжского и с ней как-то связана».
— Он для нее что-то делал? — спросила я.
— Институт для мужа. Имение купцов Рогозиных. Оно пошло для Елениного клуба «Белая лилия». По документам эти объекты не проходят. Скорее всего, он их приватизировал на посторонних лиц. Тут дело техники, я знаю, что такое возможно, но как — мне не понятно.