— Не перебивай! Никто тебя не обидит! Ты можешь думать обо мне что угодно…
— Я знаю, что ты хороший! — торопливо произнесла она. — Ты ведь не обидишь Дарию, да? Ты… вы не сделаете мне ничего плохого, верно? Пообещайте мне!
— Не дергайся. Все будет нормально! Значит так! Чем меньше ты будешь знать и видеть, тем лучше, тем спокойней для всех! И для тебя — тоже! Поэтому надевай «маску»… и прикуси язык! Ни слова! Понятно?!
— Сначала поклянись, что…
— Иди ты на фиг! — перебил ее Краснов. — Я тебя сюда не звал! Сама ко мне прицепилась! И вообще. Если бы я хотел тебя п р и б и т ь, то уже дано бы так и поступил! А будешь трындеть, как вот сейчас… Короче, смотри у меня! Замри! И не болтай!
Он расправил края «маски», перевернул ее, так, чтобы эта особа не могла ничего видеть. И нахлобучил ее на голову своей новой знакомой.
Спустя несколько минут «пассат», покачиваясь на неровностях свежескошенного луга, подкатил к тыльной, глядящей на лесок стороне сельского хутора.
Сначала послышался собачий лай. Затем из за деревянного сруба, — он был хорошо виден в свете фар — показался рослый, костистый, не старый еще мужчина, на котором были надеты брезентовая куртка и резиновые сапоги. На правом плече висит карабин «сайга», в левой руке — «бошевский» фонарь.
Краснов заглушил движок. Только сейчас он ощутил, насколько измотан всей этой кутерьмой; у него даже руки ходили ходуном, никак не мог он справиться с этой нервной дрожью…
Девушку тоже трясло: было отчетливо слышно, как у нее от страха клацают зубы.
Дядя Федор прикрикнул на собаку — это была немецкая овчарка.
— Машка, фу! Свои!! К ноге, кому сказано!!
Хозяин хутора подошел к «пассату», включил фонарь и направил его на лобовое стекло.
Обошел машину вкруговую, потом открыл правую переднюю дверцу…
Луч фонаря осветил полуобнаженную девушку, на голове у которой, надетая задом наперед, красовалась спецназовская шлем маска. Та затряслась еще пуще и теперь лязг ее зубов был слышен, кажется, за километр от хутора.
— Интересно, интересно… — сказал своим хрипловатым голосом дядя Федор. — Это что за маневр такой? Смахивает на «плоский штопор»! Ну что? Сами выберетесь, или подсобить?
Дмитрий вяло поприветствовал его взмахом правой руки. Ну и заодно продемонстрировал наручник, который — посредством прочной цепочки — соединял его с девушкой.
— А впрочем, — сказал хозяин хутора, — видывал я и не такое! Не бойся меня, красавица, — он осторожно коснулся гладкого женского плеча. — Все будет хорошо… здесь ты в полной безопасности! Ну а с тобой, мил человек, — дядя посмотрел на племяша, — мы отдельно побеседуем.