— Я тебе скажу, что он — конкретная мразь! У друзья у него такие же! Здесь у них есть довольно крепкая ячейка… скинхеды, футбольные фаны, есть и конченные фашисты из числа национал социалистов! В прошлую пятницу один из этой группировки разбил нашему парню голову… это на дискотеке было! И если бы не твой приказ избегать конфликтных ситуаций…
— А вы бы поменьше проводили времени на дискотеках и в ресторанах! — сердито сказал Сайтиев старший. — И побольше бы занимались делом!
— Да мы с ребятами и так редко позволяем себе роздых, — сказал Тахир. — Тот случай, о котором я говорю, был редким исключением…
— Ладно, вернемся к нашим баранам. То есть — к захваченному вами парню! Я полагаю, что ты принял верное решение, когда приказал своим вывезти его в другое место… Правильно решил, что не стоит передавать его «органам»! Учитывая некоторые обстоятельства, мне… и не только мне одному… не хотелось бы, чтобы к данному ЧП было приковано слишком пристальное внимание! Как со стороны органов, так и прессы! Понятно?
— Да, я понимаю, дядя.
— Очень хорошо. Это важный момент. Мы не можем позволить себе широкой огласки в с е х обстоятельств происшедшего! Хотя «кулябские» и — отчасти — мы являемся пострадавшей стороной, на сегодняшний день мы не заинтересованы ни в «объективном и тщательном раcследовании» со стороны местных либо федеральных органов, ни в излишней шумихе со стороны СМИ, особенно — электронных. А в нашем случае, если бы вы передали задержанного парня органам… слишком многое могло бы вылезти наружу! Знаешь, нам сподручней будет провести собственное расследование! И чем меньшее количество народа будет знать обо всем этом, тем лучше для нас же!
— Я Мансуру так и сказал… чтоб об этом парне — ни слова! Двое наших отвезли его в одно укромное место. Там недалеко от трассы, километрах в двадцати с небольшим, есть брошенный совхозный поселок…
— В Каширском районе? Это где где несколько семей наших переселенцев из Хасавюрта проживают?
— Да, именно туда. Там надежное место. Там все «свои». Именно потому я и попросил отвезти туда «пленного»…
— Его уже допрашивали?
— Я примерно с час назад говорил по мобиле с одним из тех, кто находится сейчас рядом с ним. Когда его увозили, он был без сознания. Утром, на рассвете, он пришел в себя…
— Твои ребята, наверное, помогли ему очуматься?
— Не без этого, конечно. Но я их предупредил, чтоб действовали осторожно… чтоб не забили его до смерти. Я же и сам хочу еще с ним пообщаться! Надеюсь, он не сдохнет до моего приезда… я вот как раз собираюсь к ним съездить, самому с ним побеседовать. Если, конечно, у тебя не будет для меня другого поручения.