– Мы не убивали графа Рейтерна! – выкрикнула Лиза и бурно зарыдала. – Мы его пальцем не тронули…
– Лиза, перестань, – холодно промолвил Вильгельм, который до тех пор молчал. – У него нет никаких доказательств. Что, господин следователь, вы нашли где-нибудь следы крови или другие улики, указывающие на убийство? У вас ничего нет против нас. И вы ничего никогда не докажете!
И он усмехнулся так, что я, завидев эту усмешку, окончательно убедилась в том, что Чиннов прав.
– Вы правы, – спокойно промолвил следователь, – я ничего не нашел. Потому что той ночью вы не только подметали муку – вы уничтожали и более важные следы, которые остались после убийства графа. Именно поэтому вы не рискнули лезть за второй половиной сокровищ – у вас были дела поважнее. Скажите, куда вы дели тело?
– Не было никакого тела! – простонала Лиза сквозь слезы.
– Мы не убивали графа, – пробормотала Марта. – Вы заблуждаетесь!
– Я же все равно найду доказательства, – настойчиво гнул свою линию Чиннов. – И я в любом случае узнаю, что именно вы с ним сделали. У вас был сговор, граф Рейтерн помешал вам, и вы его убили. Сейчас вы твердите мне то, о чем вы договорились ночью, когда поняли, что наделали. Вы ничего не знаете, никого не видели и вы вообще ни при чем!
– Именно так! – с вызовом проговорил повар.
– Возможно, это было случайное убийство, – продолжал следователь. – Вы не хотели убивать графа, но так получилось. Только чем дольше вы будете упорствовать, тем хуже придется вам всем. Ни один суд не примет на веру ваши показания о том, что вы всего лишь подмели той ночью муку и разошлись.
Сообщники молчали, переглядываясь. Лиза была бледна, как смерть; Марта ожесточенно кусала губы. Фердинанд выглядел растерянным, Вильгельм, казалось, колебался. Но тут раздался спокойный голос Теодора.
– Господин следователь, вы вольны выдвигать любые версии. Но мы не имеем никакого отношения к исчезновению графа Рейтерна, и больше нам нечего сказать по этому поводу.
– Хорошо, – на удивление легко согласился Чиннов. – Так и запишем в протокол.
Из последующих дней у меня остался в памяти силуэт одетой в черное графини Рейтерн, которая в изумлении смотрела на груду золотых монет и украшений, извлеченных из тайника. Чиннов что-то говорил ей, но она не слушала. Возле дочери стоял доктор Фридрихсон, готовый в любую минуту прийти ей на помощь, если понадобится.
– Я слышала когда-то разговоры о кладе Рейтернов, но даже мой муж смеялся над ними, потому что не верил ни единому слову, – промолвила наконец графиня, тяжело качая головой. Она достала платок и стиснула его в пальцах. – Поверьте, я бы отдала все сокровища мира за то, чтобы мой сын был жив…