Когда он проснулся, то поведал родичам, что было с ним за межами было.
Он сказал, что вновь обрел память и теперь помнит, как в ту давнюю весну, когда он покинул свой род, ему очень захотелось найти богатую и теплую страну, где жить лучше, а найдя ее, привести в нее и весь свой род ради своей славы. И вот дошел он до берега, за которым расстилались бескрайние воды, а на берегу царь-каган с медной бараньей головой собирал на огромные лодьи лучших воинов со всего света.
Увидев могучего северского бродника, царь-каган подозвал его к себе и снял свою баранью голову. Оказалась голова таким необыкновенным шеломом для битвы. Царь-каган поставил на плечи голову человеческую — очень мудрую и с густой бородою, — чтобы поговорить с инородцем. Он великодушно пригласил бродника в свое войско и сказал, что царство его самое богатое и сильное на всем белом свете. Тогда удивился бродник, зачем и в какую-такую даль собирается с войском самый богатый и могучий царь-каган.
Тот же отвечал, что за морем есть царство-град, еще более богатое, чем его царство, уж такое богатое, что дочь царя польстилась на одно-единственное яблоко, подаренное ей всего лишь младшим из трех сыновей тамошнего царя. Польстилась на яблоко царская дочь и убежала с последышем за море. И вот теперь царь-каган собирает войско, чтобы отбить дочь и в отместку за позор увезти к себе все богатство, какое найдется в той еще никем не виданной стране.
Северский бродник согласился идти за царя-кагана и воевать с той далекой страной, только попросил, чтобы ему для битвы выковали такой же чудной шелом, каким мог похвалиться сам царь. Тот велел, и шелом сделали, хотя и пустой внутри: поскольку северец не мог снимать и класть в походный мешок свою голову, то и пустую баранью голову ему приходилось надевать сверху.
Плыли по великим водам три лета и три зимы, а потом еще семнадцать зим и лет воевали с заморским царством, хотя на северских землях за то время не минуло и шести годин.
То царство было все обнесено высокой стеной из белого, холодного и скользкого, как лед, камня, потому нелегко было воевать. Если лестницы не соскальзывали, то все на них замерзали насмерть, как только лезли на приступ.
Так долго воевал северский бродник за царя-кагана, что медный шелом сросся с его головой и обтянулся кожей.
И вот однажды кобыла царя-кагана, случайно общипавшая вместе с травой и свою тень, принесла жеребенка, спереди наполовину белого, а сзади наполовину вороного. Увидев со стены того жеребенка, устрашился царь заморского града, ибо волхвы предсказали ему, что такой черно-белый конь привезет его смерть через запертые ворота. Заморский царь очень захотел получить обамастного жеребенка, пока тот не вырос, и предложил царю-кагану вернуть в обмен его дочь.