* * *
Максим решительно двигался вперёд до тех самых пор, пока один из психопатов, наконец, не преодолеет барьер, который отделял его от Канаева.
Это случилось после того, как со стороны правого фланга несколько одержимых одного за другим уничтожили несколько представителей правопорядка, образовав при этом небольшой коридор, которым незамедлительно и воспользовался нападавший.
Мужчина, лет пятидесяти, в дорогом, светлом кремовом и немного испачканном тёмной кровью костюме, с интеллигентным лицом, совершенно не вязавшимся с образом привычного нарушителя закона, с тёмно-каштановыми волосами с проседью, зачёсанными назад и открывающие высокий лоб, в сильных очках в толстой роговой оправе, с маниакальной яростью и (если только этого просто не показалось Канаеву) с каким-то нечеловеческим вожделением, бросился в образовавшуюся брешь.
Канаев не стал выяснять намерения незнакомца, так как это не входило в его планы. Вместо этого он вскинул правую руку с табельным «Макаровым» и абсолютно не прицеливаясь выпустил пулю прямо в центр высокого лба.
Интеллигентного вида незнакомец, от сильнейшего удара пули, отшатнулся всем корпусом назад, при этом его лицо запрокинулось вверх. Канаев, рассчитывавший на то, что мужчина в очках через мгновение рухнет наземь, был в который уже раз за сегодня разочарован, так как тот вновь обретя устойчивость, упрямо зашагал к Максиму, а прямо посреди его высокого интеллектуального лба теперь красовалось небольшое тёмное отверстие, из которого не появилось ни капли крови.
Возможно, в природе и существовало что-то, что, безусловно, могло ошеломить Канаева, однако, вид человека, который должен был быть уже мёртв и, тем не менее, продолжает двигаться, к таким зрелищам уже не относился. Поэтому вместо того, чтобы в благоговейном оцепенении, беспомощно наблюдать за тем как на него надвигается живой труп, Канаев абсолютно хладнокровно спустил сразу оба спусковых крючка.
Два выстрела практически слились в один.
Две пули, покинувшие разные стволы, устремились в лицо нападавшего. Одна из них избрала своей целью левый, другая — правый глаз. Ещё до того, как без особых усилий преодолеть глазные яблоки, легко пробить тонкую стенку черепа и разворотить мозг, пули разнесли на мелкие осколки линзы очков, которые чудом остались на своём месте после первого выстрела в центр лба.
Брызнув стеклянным бисером, исчезнувшие линзы открыли две безобразные чёрные дыры, ведущие прямиком в мозг, по краям которых вперемешку с тонкими лоскутками плоти пестрели серые крупинки.
Мужчина качнулся вперёд. Из чёрных отверстий на скулы потекла студенистая, неоднородная масса с чёрными прожилками в которую превратился мозг, перемолотый пулями.