Миссис Шривер так быстро закивала, что ее голова начала вибрировать, как струна.
— Он хочет, чтобы я убирала, и я убираю. Только я это делаю для себя, а не для него. Он грязнуля, словно Schwein![39]
— Мистер Йорк просил вас убрать в его доме?
— Да. «Приведите в порядок мой дом, — приказал он, — пока я приведу в порядок мою жизнь». — Никто из Квинов не улыбнулся, так как в голосе экономки слышался искренний гнев. — А потом добавил: «Все, что мне нужно, это хорошая женщина вроде вас, хозяюшка» — и, простите, шлепнул меня по Sitzplatz.[40] Я так разозлилась, что готова была его ударить! Но когда не можешь сражаться со Schwein, сражаешься с ее Schweinstall[41] Вы не поверите, сколько в этом доме грязи!
— Чего же еще можно ожидать от человека, который шлепает женщину по Sitzplatz, — заметил Эллери, и миссис Шривер рассмеялась, сама того не желая.
Воспользовавшись паузой, Эллери развернул печатный набор.
— Миссис Шривер, во время уборки вам не попадалась такая игрушка?
Экономка, нахмурившись, посмотрела на коробку и покачала головой. Эллери поднял крышку, показал ей печати с деревянными ручками и штемпельную подушечку, но результат был тот же.
— Вы уверены, миссис Шривер?
— Когда я делаю уборку, — заявила экономка, — то делаю ее как надо. Таких вещей в этом доме нет.
— Мы бы хотели полностью в этом убедиться. Не поможете ли вы нам все проверить? — попросил инспектор.
В течение следующих семидесяти пяти минут он молился, чтобы под его началом работали такие люди, как миссис Шривер. Ни один уголок, ни одна щель в маленьком замке не ускользнули от ее внимательного взгляда. Она даже помогла им обследовать трубы, выходящие из погреба.
Наконец усталый, грязный и мрачный Эллери был вынужден согласиться, что единственным игрушечным печатным набором во всем доме был тот, который он принес с собой. Миссис Шривер вытянула из них обещание, что они как-нибудь позволят ей угостить их штруделем, пирогом с патокой и голландским пивом, и они оставили ее выбивающей пыль из ковра в гостиной Персивала Йорка с такой яростью, как будто это был его владелец или ее личный враг.
— Итак, — почти весело сказал старик, когда они вышли из дома, — у Персивала нет печатного набора. Где ты хочешь поискать его теперь?
— В комнате Уолта.
— Мы искали там три раза, как пьяница ищет последнюю каплю.
— Тогда в доме Роберта.
— То же самое.
— А в гараже?
— Мы только машины на части не разобрали.
— Давай-ка посмотрим там снова, — предложил Эллери.
Они прошли в гараж через парк, позади дома Роберта Йорка, и провели там тщательный осмотр. Инспектор показал Эллери, где стояла коробка с ядом, а тот продемонстрировал, где Уолт, по его словам, находился во время убийства Роберта Йорка — под спортивным «райаном». Они уже собирались убрать все с полок, чтобы простучать и обмерить находящиеся за ними стены, когда сын предупреждающим жестом вцепился в руку отца.