Все существа — братья и сестры.
Если вы смотрите на животных, и у вас не возникает мысль о братстве, — вы не знаете, что такое молитва, вы никогда не узнаете, что такое молитва. И сама эта идея — просто ради еды, просто, чтобы вкусно поесть, вы можете уничтожить жизнь, — эта идея безобразна. Невозможно поверить, что человек продолжает делать это.
Пифагор первым принес идею вегетарианства на Запад. Научиться жить в дружбе с природой, в дружбе со всеми существами — это глубокая мудрость. Это становится фундаментом. И только на этом фундаменте вы можете построить свою молитву, свою медитативность. Вы можете наблюдать это в себе: когда вы едите мясо — медитировать сложно.
Будда родился в невегетарианской семье. Он был кшатрием — принадлежал к воинственной касте, но опыт медитации постепенно превратил его в вегетарианца. Это было его внутреннее понимание: когда он ел мясо, медитировать было труднее, когда он отказывался от мяса, медитировать было легче. Это было простое наблюдение.
Вы будете удивлены, когда узнаете, что величайшими вегетарианцами в мире были джайны — однако все их двадцать четыре мастера родились в невегетарианских семьях. Все они были воинами, всех их воспитывали как бойцов. Все двадцать четыре джайнских мастера были кшатриями.
Что случилось? Почему эти люди, которых воспитывали, приучали с самого детства есть мясо, создали однажды величайшее вегетарианское движение в мире? Только из-за своих экспериментов с медитацией.
Нельзя игнорировать тот факт, что если вы хотите медитировать, если вы хотите освободиться от мыслей, если вы хотите стать легким — настолько легким, чтобы земля не могла притягивать вас вниз, таким легким, чтобы вы могли парить, таким легким, чтобы вам открылось небо, — тогда вы должны прийти от невегетарианской зависимости к свободе вегетарианства.
Вегетарианство не имеет ничего общего с религией — в своей основе это что-то научное. Оно не имеет ничего общего с моралью, но у него много общего с эстетикой. Нельзя поверить, что чувствительный, сознательный, понимающий, любящий человек может есть мясо. А если он ест мясо, значит, что-то упущено — значит, он все еще не осознает, что он делает, не осознает значения своих поступков.
Но Пифагора не услышали, ему не поверили — наоборот, его высмеивали, преследовали. А он принес с Востока на Запад одно из величайших сокровищ. Он принес великий эксперимент, и, если бы его услышали, Запад мог бы стать совершенно другим.
Проблема, вставшая сегодня, — уничтожение природы — никогда бы не возникла. Если бы видение Пифагора стало основой для западного сознания, то не случилось бы всех этих мировых войн. Он мог полностью изменить направление истории. Он очень старался, он делал все, что мог, — это не его вина. Но люди слепы, люди глухи, они не умеют слушать и слышать, они не в состоянии понимать. И они не готовы изменить свои привычки.