На следующее утро я проснулась от звука настойчивого стука в парадную дверь. Со стоном, я вытолкнула себя из постели, поглядывая на часы. Было едва семь часов. Стук продолжался, и Саша проснулась тоже. Она немного сердито посмотрела на меня, когда я двинулась к выходу из спальни, следуя к двери, и потирая уставшие глаза.
После проверки цепи на двери, я открыла ее, гадая, кто на Земле мог быстучаться ко мне в дверь, в такую рань. Как только на несколько дюймов приоткрылась дверь, я услышала щелканье камер. Кто-то сунул руку через щель, засовывая кассетный диктофон мне в лицо.
Я ахнула и тут же попыталась закрыть дверь, но группа людей, стоящих там удерживали её открытой.
– Эмма, это правда, что «The Peoples’ Post» утверждают сегодня утром? Неужели Карсон действительно понятия не имеет? Почему это все держится в секрете?
Я выдохнула и рванула дверь, пытаясь её закрыть.
– Просто уходите! Что вы все здесь делаете? – гневно воскликнула я. Откуда они узнали, где я живу? Как они могли просто появиться около моей двери без предупреждения – разве это не преследование?
Их бесконечные вопросы и щелканье камер продолжалось, пока я, наконец, не оттолкнула руку парня от моей двери, захлопывая ее. Оседая под дверью, я разрыдалась. Чувство оскорбления нахлынуло на меня, потому что группа людей просто поднялась к моей квартире, и в это время утра нагло стучали.
Я стала думать о Рори. Как я собираюсь объяснить ему это? Что-то сегодня было напечатано в газете, потому что репортеры спрашивали, было ли это правдой.
Они все еще колотили в дверь и кричали вопросы, когда вдруг зазвонил телефон. Рори вышел из своей спальни, но глаза оставались все еще наполовину закрыты. Он осекся, когда увидел меня, сидящую на полу, прижавшуюся спиной к двери, и заплаканную, пока люди снаружи стучали и кричали, чтобы привлечь моё внимание.
– Эмма, какого черта? – воскликнул он, подбежав ко мне и оборачивая свою руку вокруг меня. – Что происходит? Кто за дверью?
Я сглотнула и вытерла лицо.
– Репортеры. Не открывай дверь, ладно? Я принесу телефон, – я слабо оттолкнулась и направилась к телефону. Саша заплакала в своей спальне из-за того, что ей явно было не по нраву то, что я оставила ее в кроватке.
Как только я подошла к телефону, я пожалела об этом.
– Эмма, у тебя есть какие-либо замечания к сегодняшней статье «The Peoples’ Post»? –
Они также знали мой номер?
– Нет! Просто оставьте меня в покое. Пожалуйста? – умоляла я. Я действительно не могла справиться с еще большим стрессом в моей жизни. Моя жизнь была достаточно трудна и без людей, которые ставили на меня клеймо стриптизерши вгазетах. Я повесила трубку, и он сразу же начал звонить снова.