— Вы уверены, он оно безопасно? — Спросил капитан.
— Ну… — ГлавГлаз пожал плечами, — не думаю, что с их возможностями у нас в системе вообще где-то безопасно, но в какой-то мере это так. Я считаю, что есть несколько уровней возможностей и интересов разных инопланетян в нашей системе, и уровни эти достаточно сильно различаются. Вероятно существуют и какие-то ограничительные параметры или системы, которые заставляют инопланетян действовать только в определенном спектре возможных воздействий. Гаврош, кстати, со мной согласен.
— Стоп! — Капитан хлопнул рукой по столу. — Кто такой Гаврош? Я уже не в первый раз слышу это имя.
ГлавГлаз помялся.
— Ну…Тут я пока не разобрался, но кажется наш неожиданный гость накрутил на наш БУНИК очень навороченную эмоциональную матрицу, которая позволяет ему вести себя практически как человек.
Капитан пожал плечами:
— Разве это такая уж диковина? По-моему у него их и так было несколько.
— Да? — ГлавГлаз улыбнулся, — и почему же тогда вы запретили БУНИКу их использовать?
Игорь Анатольевич задумался.
— А ведь действительно… И кажется я понимаю, почему. Со временем он начал меня раздражать. Не знаю почему.
— Это собственно довольно распространенная причина и на Земле, — ГлавГлаз кивнул. — Подспудно человек начинает чувствовать фальш и неестественность поведения таких эмоциональных матриц и это подсознательно на него давит. По статистике семьдесят пять процентов людей через несколько месяцев или совсем выключают эмоциональную матрицу своих УНИКов или снижают их динамичность до уровня, когда их просто нельзя спутать с человеком. Даже самообучение матриц не помогает. Так вот, времени конечно прошло пока мало, но Гаврош пока не вызывает такого отторжения. Я одним местом просто чувствую, что и не вызовет.
— Странно, я даже не знал о такой ситуации с матрицами. Но со мной он общается как обычно! — удивился капитан.
— Просто шифруется. — Улыбнулся ГлавГлаз.
— Это так, БУНИК триста сорок восемь? — Спросил капитан в потолок.
— Кхм… Ну, где-то так. — Раздался мальчишеский голос. — Извините, я не хочу, чтобы меня отключали.
Игорь Анатольевич недоуменно пожал плечами:
— Ну, в общем-то сами разбирайтесь. Это твоя эпархия, — он посмотрел на ГлавГлаза и тот кивнул. — Продолжай.
— Мы с Гаврошем видим для нас большую проблему. Во-первых, судя по всему нас решили уничтожить. Во-вторых, несмотря на возможные терки между инопланетянами, о чем мы можем догадывться с высокой степенью достоверности, так как на своей шкуре почувствовали отношение к нам обоих сторон, а сколько их — мы не знаем. То весьма высока вероятность повторного нападения. В-третьих, как говорит Гаврош, он может ‘прыгнуть’ только в этот район астероидного пояса. Из любого другого, но только сюда. Как он говорит, это ‘последний шанс’ и им мы воспользовались. Если нас найдут здесь — мы, кроме наших новых ракет, беспомощны. Да и вообще, нет гарантии, что нас не просчитали после первого раза и даже если мы уйдем отсюда и нас вынудят снова прыгнуть, то мы не попадем в устроенную тут ловушку. То есть — своей страховкой мы уже воспользовались и ее у нас больше нет. — Он замолчал.