— Лика, ты помнишь? — спросил он вместо приветствия и посмотрел на нее каким-то молящим взглядом.
— Да… — прошептала она и почувствовала, как подступают слезы.
— Я тоже, — тихо сказал он. — Я все время вспоминаю тот вечер, тебя и то, что ты тогда сделала с моим сердцем…
— А что? — по ее щеке скатилась первая слеза.
— Ты оставила на нем шрам. Самый первый и самый глубокий, — он говорил тихо, мягко. — Ты всегда оставляешь шрамы. Это твоя привычка?
— Ты тоже… — прошептала Лика и заплакала.
Он тут же оказался рядом, обнял ее, прижал к себе.
— Зачем?!. — всхлипнула она. — О, Господи, ну зачем ты приехал?!.
— Прости меня… — шептал он, прижимая ее к себе и ощущая ее своей, полностью своей. — Ты можешь меня простить?..
— Я люблю тебя, Артур, — вымолвила Лика, уткнувшись лицом ему в грудь. — Я всегда тебя любила…
— Я знаю, — прошептал он и заглянул ей в глаза, спрашивая позволения.
Ее глаза ему не отказали, и Артур взял ее на руки, понес к постели. Бережно уложил, опустился рядом сам. И поцеловал. Поцелуй был полон раскаяния, нежности, горечи, всего того, что было не сказано, но всего того, что Артур хотел сказать. И Лика его поняла.
Потом он оставил ее губы и посмотрел ей в лицо. Его глаза излучали какой-то волшебный, волнующий свет. Легкими движениями пальцев он проследил черты ее лица, задержался на губах.
— Ты необыкновенная, Лика, — выговорил Артур. — Ты единственная… — И снова ее поцеловал.
И Лика опять его поняла. Она сняла с него тонкий свитер и с каким-то благоговением прикоснулась к его телу, потом осмелела, зарылась рукой в его волосах на груди. Артур тихо застонал и вновь припал к ее губам. Страсть раскалилась добела. Они оба уже ничего не понимали, все вокруг исчезло и остались только их глаза, губы, руки, их откликающиеся на ласку тела…
И тут в дверь постучали. Громко, настойчиво. Они даже не поняли сначала, что это, но стук повторился, и оба замерли, тяжело дыша, уставившись друг на друга расширенными глазами.
— Дядя Артур! — позвал за дверью Олежек. — Дядя Артур, вы здесь?
— Да, — хрипло ответил он.
— Мама просит вас подойти к телефону. Звонит ваша невеста. Вы идете?
— Иду, — мрачно ответил Артур, глядя невидящими глазами куда-то поверх Лики.
«Невеста?!» — пронеслось у нее в голове, и сердце пронзила острая боль. Она отвернулась.
— Убирайся, — вырвалось у нее.
— Лика, ты должна меня выслушать, — умоляюще начал он. — Это совсем не то, что ты думаешь… Ты выслушаешь и все поймешь…
— Я только и делаю, что слушаю тебя, — Лика порывисто поднялась и села. — Хватит! Я все поняла! — горько, с обидой воскликнула она.