Несколько часов назад, миллиардер очнулся в этой абсолютно белой и пустой палате. Тело нещадно болело, особенно ныла правая рука… ее отсутствующая часть. Де Круа через многое прошел и многое видел, оторванными конечностями его было не напугать. Он прекрасно действовал обеими руками, так что это не было потерей для него. Гораздо важнее было понять, возможно ли сбежать из этой западни. Ведь по плану у похитителей организация масштабной войны, а этого нельзя было допустить. Ни при каких обстоятельствах.
Собственно, когда все это началось, Гай уже похоронил себя и сейчас ему было плевать на собственную смерть, он уже смирился с тем, что уже умер для мира. Оставалось одно – постараться сделать все возможное и невозможное, чтобы нарушить планы российской корпорации.
Банкир попытался сесть – не получилось. Он был надежно пристегнут крепкими ремнями к кровати, на которой лежал. Видимо, помещение было оборудовано камерами, так как спустя несколько минут после того, как он проявил признаки жизни, в палату вошли. Он услышал шаркающие шаги, через мгновение над ним нависло немолодое лицо в золотых очках:
– Очнулся? Ну, я же говорил Герман Ростиславович, жить будет!
В помещение вошло еще несколько человек, но Гай не мог увидеть ни одного из них.
– А руку мы ему заменим. Рана немного заживет и мы поставим ему биомеханический протез – никто ничего не узнает, ровно настолько, насколько он будет вам нужен, его хватит.
– Это очень хорошо, Семен Исаакович. Продолжайте работать над ним, он скоро нам понадобится.
Доктор кивнул несколько раз головой, соглашаясь с собеседником и сделал пленнику укол. Гай де Круа провалился в темноту.
Глава 21
Борис появился только к одиннадцати часам следующего дня. Я не спала всю ночь, но, невзирая на это, выскочила из спальни ему на встречу.
– Что, что вы узнали?! – потребовала я ответа, не дав ему толком войти.
– Ой, подожди, подожди, дай сесть, – здоровяк прошел к дивану в зале и рухнул на него, было видно насколько он устал.
– Рассказывайте!
– Уфф… Аня хоть секунду, – попытался возразить он, но встретившись со мной взглядами, передумал, – хорошо, я все скажу. В общем, новости неутешительные. Никаких следов. Вообще. Как сквозь землю канули. Все, кого удалось допросить – молчат, словно воды в рот набрали. Их качественно запугали. Так что пока без результата.
Я в изнеможении опустилась на маленькое кресло в углу комнаты:
– Значит, надежды нет?
– Есть. Они взяли его живым, значит, в другом состоянии он их не устроит. Аня, мы продолжаем искать. По всем каналам. Нам просто нужно время. Ты должна успокоиться.