– Да, офицер. Если тебе так спокойнее будет, то вяжи. Нет, меня пусть Семен свяжет, понежнее. – Полина засмеялась, а Семен густо покраснел, аж щетина задымилась.
Так, надо заканчивать с этим произволом.
– Дайте слово, что не будете предпринимать попыток сделать глупость вроде побега или чего-нибудь похожего. – Я спрыгнул с саней и пошел рядом. – Тогда мы вас вязать не будем. Учтите, девочки. Я эмпат. И ложь сразу уловлю.
– Клянусь! – радостно улыбнулась Кетлин. – Я не хочу неприятностей.
– Клянусь! Мне нравится свобода, – хмыкнула Морозова.
Китаянки повторили примерно то же самое, фальши ни я, ни Герда не учуяли.
– Ладно, сидите. А я пойду проверю остальных.
И я направился к приближающимся саням Сохатого.
– Что стряслось, Матвей? – поинтересовался он, хрустя при этом крохотными сухариками. Мы их пару мешков в Медвежьем прикупили.
– Да так. Девушки, покажите запястья. Шейла, стой!!! Стой, дура. Стой, кому говорю! – Брауберг как на пружинах выскочила из саней и изо всех сил своего молодого и тренированного тела припустила к берегу. Я трижды выстрелил в воздух, глядя, как из-под подошв теплых и удобных угг переселенки вылетают комки снега. – Да стой же ты, пропадешь!
Рядом настоящим лосем ревел-орал Сохатый, здорово раздраженный своим косяком. Ну, еще бы, девица у него из саней слиняла.
Обоз встал. А клятая поселенка как молодая оленуха доскакала до берега и исчезла в зарослях молодого сосняка.
– И что делать? – Около меня нарисовался Майкл с винтовкой, волонтеры и возничие стояли в недоумении, но вооруженные, Герда напряженно встала в санях, девицы кто свистел, кто орал, размахивая руками. Причем не меньше половины от общего количества развязались. Блин, узнаю, кто в администрации такой косяк с договором пропустил, – набью морду лица об тейбл! Чтобы в следующий раз думал, что делает!
– Догонять надо. Пропадет девка ни за грош. Да и наша работа с тобой – довести этих красавиц до Звонкого Ручья. Ну как, «камень, ножницы, бумага»?
Негрилла кивнул, и мы с ним на счет «три» сыграли.
– Блин, опять проиграл. Ладно, принимай командование! Тогда так. Меня не ждете, идете прямо к городу. Тут не так далеко, все будет нормально, дойдем и пехом. Девок сейчас освободим всех – все едино они полдня уже без путанок сидят, и ничего. Ну, окромя этой дурной клизмы. Идет? – Майкл, подумав, кивнул. Я повернулся к обозу и заорал: – Все ко мне!
Через три минуты я принял у девок присягу, а Майкл резал оставшиеся веревки.
– Так, барышни. У нас, кроме вашего честного слова, больше ничего нет, так что просто будьте благоразумными. Давайте по саням.