– Когда это ты успел? – с подозрением осведомился Нич, приподнявшись на задних лапках.
Я снова вздохнул.
– Когда ты запаниковал. Ладно, проехали. Что там с Рухом и его заданием?
Нич смерил меня недоверчивым взглядом, но потом неожиданно хмыкнул.
– До разговора дело так и не дошло, потому что планы господина Умдобра резко поменялись. Вернее, их поменяли. Гости, которые ждали ректора в его собственном кабинете и очень настаивали на личной встрече. Причем так, что Рух был вынужден развернуться и уйти, скрежеща зубами от злости.
– И кто же такой важный явился к ректору, что он бросил остальные дела?
– Насмы, – сухо обронил Нич, и я едва не вздрогнул от прокатившегося по позвоночнику холодка. – Умдобр был потрясен, когда узрел их внутри.
Прекрасно его понимаю: появление насмешников всегда напоминало гром среди ясного неба. И ничего хорошего их визиты не предвещали.
– Это была звезда, Гираш, – тихо добавил учитель, когда я взъерошил волосы на макушке и принялся нервно расхаживать по комнате. – Сработанная, вооруженная и готовая к найму звезда. Знаешь, что это значит?
Я на мгновение остановился и прикрыл глаза.
– Беда.
– Увы. Академии предстоят тяжелые дни. Но это не самое плохое.
– Что еще? – напрягся я, чувствуя, что учитель не зря встревожился.
– Звезда была неполной, Гираш, – едва слышно прошептал Нич, и у меня что-то екнуло внутри, потому что только сейчас все встало на свои места. – Там не хватало одного человека. Догадайся, кого?
Я медленно опустился в стоящее рядом кресло и недобро сузил глаза:
– Командира. Но, кажется, я знаю, где его искать.
В эту ночь я спал очень мало. Соответственно, встал поздно, чувствовал себя мерзко, поэтому, едва открыв глаза и умывшись, сделал то, чего раньше избегал, – нагло ограбил Белую башню, восстановив светлый резерв сразу на две трети.
Больше брать не стал – кто-нибудь мог удивиться такой скорости восстановления, а брать меньше было бессмысленно: скудный резерв уже не мог обеспечивать мои потребности, которые к тому же обещали скоро вырасти. Пришлось довольствоваться минимумом и брать с собой заряженные до упора накопители.
Весь день я чувствовал себя как крайне занятой человек, которому в силу обстоятельств приходилось тратить время на всякие глупости. Монотонное бормотание мастера фон Бердена утомляло, его объяснения рунных схем казались чересчур подробными. Короткий опрос для закрепления пройденного материала вызвал у меня стойкое раздражение, ставшее совсем невыносимым, когда кто-то из сокурсников не смог ответить на элементарный вопрос.