Самарский подошел к кровати, выдернул книгу из рук без спросу, покрутил перед лицом. Если заберет - будет обидно.
- С приездом, - Саша одарила мужчину тяжелым взглядом.
- Прости, сувениров я не привез, разве что пламенные приветы, - девушка напряглась. - От господина Титова.
В памяти Ярослава снова возник образ нависающего над ним Титова и его слова о том, что мужчина даже не уверен, его ли Саша дочь. Если это правда, а не пьяный угар - он полный идиот.
- Добился своего? - всеми силами Саша пыталась спрятать глубже волнение, возникшее, стоило только Самарскому приблизиться.
- Пока нет.
- Сожалею.
- Ты вечно врешь, не замечала? - похлопывая книгой по голени, Яр заставлял снова напрячься.
Вопрос остался без ответа. Парадокс, но на памяти Саши, она не врала ему ни разу. Ей или просто нечего было говорить, или она предпочитала умолчать, а ведь это не совсем ложь.
- Когда вы меня отпустите?
- Вы? - Яр удивленно поднял бровь. - После всего, что между нами было, все еще вы?
Ему захотелось позабавиться, дождаться реакции, ожидания оправдались - лицо порозовело, а глаза сузились, девушка явно сдерживала желание бросить какую-то гадость в ответ.
- Когда?
- Когда посчитаю нужным. Где сейчас находится твоя мать? - он уже во второй раз интересовался этой женщиной, а вот Саша своей тактике не изменила - просто промолчав. Резко переходить с темы на тему, умеет не только он.
- Я хочу выходить из комнаты.
- Где сейчас находится твоя мать? - в уголках губ Самарского заиграла улыбка. Ему нравилось, когда Саша начинала проявлять характер. До поры, до времени.
- Я отвечу, но только, если вы пообещаете, что я смогу выходить из комнаты, - она ужасно не любила торговаться. Не любила, и не умела. Никогда не просила поставить оценку выше, считая, что получает заслуженное, никогда не просила сбавить цену, даже так, где это делают все.
- Нет. Это не обсуждается, - когда отвечают безапелляционно, так не улыбаются, а Самарский походил сейчас на чеширского кота.
- Почему?
- Ты забываешься, девочка, это не услуга за услугу. Ты - в моем полном распоряжении. Я не нуждаюсь в твоем разрешении, если захочу - получу всю нужную мне информацию. Просто, из доброты душевной, я предоставляю тебе возможность рассказать все, интересующее меня, самой.
- А если нет, то опять возьмешься за пытки, или просто изнасилуешь? - как часто бывает, слова сорвались прежде, чем их истинный смысл дошел до самой Саши.
Она пыталась не думать о том, что произошло тогда, и ей даже казалось - получалось, но не когда он снова выводит из себя странными вопросами и безапелляционностью.