- Тот, на другой стороне провода, предлагал удвоить награду, если мы дождемся сопровождения для попов, - пояснил фюрер. - А потом и утроить.
Кот с надеждой и вопросом глянул на девушку, однако та качнула головой, соглашаясь с командиром.
- Когда перехватываешь пару сантимов на стороне, надо вовремя останавливаться, - пояснила она. - Не нравится мне все это. Надо брать, что удастся, и уезжать.
Франц подошел к витрине, заложил руки за спину, высоко закидывая голову. Словно гимнаст, который много упражнялся и теперь растягивает уставшие мышцы, довольный заслуженным отдыхом.
- У него и в самом деле был счет на предъявителя, - сообщил Хольг, причем так, что было понятно - фюрер до последнего сомневался и подозревал, что все это надувательство. - Деньги списаны и положены в кассу, на востребование через тридцать минут, но не позже часа. Сейчас возьмем ... святых отцов и пойдем обратно в банковское отделение. Сдадим их на попечение, заберем деньги и двинем дальше, - подытожил Хольг. Посмотрел на часы. - Как раз и мотриса подойдет.
- Меняем планы? - уточнил Максвелл.
- В лучшую сторону, тебе понравится, - довольно осклабился Хольг.
Гильермо счастливо улыбнулся, поворачиваясь вокруг собственной оси под руками араба, который драпировал клиента во что-то похожее не то на плащ, не то на драную тогу с рукавами. Наконец-то все закончилось. Осталось только умыться...
Звонкий щелчок прошел мимо его внимания, как и стеклянный хруст. Франц приподнялся на носки и - продолжая движение вверх-назад - завалился, падая навзничь. Гильермо, ничего не понимая, глянул на лежащего секретаря, чей лоб казался испачканным красной краской. Затем на витрину, в которой зияло маленькое отверстие с разбегающимися линиями трещин.
Загремело, будто часто-часто забили в барабан, витрина осыпалась мутным дождем пыльных осколков. Невидимая сила приподняла и бросила Кушнафа на прилавок, сбрасывая диски мутоскопа, разбрызгивая щедрые алые капли из простреленной одежды.
Фрэнк Беркли тихонько улыбнулся, передернув затвор. Гильза брякнулась на пол, прокатилась, постукивая на щелях о края досок.
Винтовки Krag-Jørgensen считались морально устаревшим и вообще милым ретро по сравнению с новым поколением оружия, особенно «скрипками». Так же, как фиксированная двукратная оптика Karl Kahles на фоне современных светопризматических прицелов. Однако понимающий человек ценил удивительную точность боя, характерную скорее для штучного оружия с прецизионной обработкой. А также идеальный ход затвора, который скользил, как по маслу, ни на волос не сбивая прицел.