Случившееся тогда попало в криминальный фольклор. Человек должен был подать сигнал клаксона при приближении полисменов. Но на улице было так много припаркованных экипажей, что вознице пришлось остановиться слишком далеко, поэтому полицейского он заметил слишком поздно. Услышав два выстрела, полисмен бросился в парикмахерскую Анджело, где первым выстрелом был ранен телохранитель Вейманна Иван Маттей, который потом умер в больнице. Вторая пуля попала Эйбу в бедро, но он успел добраться до двери черного хода. Полисмен был вооружен лишь дубинкой. Убийцы поняли это, лишь когда тот вытащил ее – и был убит наповал двумя другими выстрелами. Наемные киллеры работали независимо, и когда о случившемся поползли слухи, проследить их связь с Тирни оказалось невозможно.
Вейманн внимательно посмотрел на Энтони.
– Полагаю, я странным образом должен быть благодарен тебе за свою жизнь. Но почему ты пришел сюда с мистером Маччиони и рассказал все это?
Энтони наклонил голову и провел пальцем по длинному шраму на шее.
– Потому что у меня с Майклом Тирни свои счеты. Через несколько дней он нанял человека перерезать мне глотку за мой промах. Меня бросили подыхать, но один прохожий перевязал рану и отвез меня в нью-йоркский лазарет. Тирни наверняка думает, что я помер: последние несколько лет я ушел на дно и живу у своего кузена в Филадельфии.
Эйб снова уставился на Энтони.
– И теперь, когда ты мне все рассказал, думаешь, я не закончу дело Тирни?
– Ничего я не думаю, – мрачно улыбнулся тот. – За то, чтобы я тебе все рассказал, мистер Маччиони заплатил мне двести долларов. Жене и детям этого хватит, чтобы не сдохнуть с голоду, на целый год, а это стоит моей тощей глотки.
Вейманн невольно расхохотался и повернулся к Энцио.
– А вы сказали ему, что придется поделиться со мною тем, что вы ему дали за визит сюда?
Маччиони протянул руку.
– Я просто сказал, чтобы он пришел и честно рассказал, как все было, – грустно улыбнулся он. – Возможно, он понял слишком буквально.
* * *
– Кое-кто хочет тебя видеть, – поприветствовала София Ардженти вошедшего мужа.
Джозеф сразу подумал о Финли или о Джоне Уэлане, но, войдя в гостиную, увидел молодого человека, сидящего на расстоянии в два стула от Орианы. По счастливым улыбкам их обоих стало ясно, что они друг другу не безразличны. Юноша быстро встал и протянул руку хозяину дома.
– Джеймс Дентон. Рад знакомству.
– Да, я тоже рад. – Джозеф почувствовал уверенное и энергичное пожатие, но по выражению лица гостя понял, что тот не уверен в том поводе для знакомства, который придумала София.