Первоначально задача представлялась ясной, но когда Вадиму показали на сборно-пересыльном армейском пункте недавних бойцов и командиров все еще в красноармейской форме, сердце захолонуло. Отказалось оно воспринимать этих людей как преступников, злодеев, которых надо конвоировать. Почти сразу появились десятки вопросов, на которые ни он, ни кто-либо другой ответа дать не могли. Все-таки эти люди не преступники, не осужденные, лица у них свои, добрые, большинство в приподнятом настроении: «Наконец оказались среди своих». Как к ним обращаться? Если это «товарищи», то почему конвой, а не сопровождение; как конвоировать, если двери вагонов и люков открыты и даже не опутаны колючей проволокой; что делать конвою, если посторонние граждане будут обращаться к подопечным с вопросами; почему у начальника конвоя нет права останавливать поезд при побеге, хотя оружие на поражение в этом случае применять разрешено; как действовать оперативной группе, если побег все-таки состоится; каким образом поддерживать связь начальника конвоя с постом в хвосте поезда и машинистом на паровозе, если нет телефона.
«Рядовому все-таки легче, что скажут, то и делай, а тут гора вопросов без ответов, — размышлял Вадим. — Вот уж воистину: без муки нет науки».
Неразбериха с формированием эшелона началась с первых же минут комплектования спецконтингента по вагонам. Документация готовилась в спешке на сборно-пересыльном пункте, из собранного здесь люда не были сформированы подразделения и команды. Когда выкрикивалась фамилия отправляемого, зачастую подходили к проходной два, три, а иногда и более человек, в некоторых случаях вообще никто не появлялся. Уже после разведения по вагонам знакомые и даже родственники начали самопроизвольно перемещаться с места на место, отыскивать друг друга.
По своей инициативе начальник конвоя назначил в каждом вагоне старшего и двух помощников. В обязанности этих людей вменялись поддержание дисциплины и порядка на закрепленном участке, разрешение выхода за пределы вагона, получение пищи, пресечение попыток совершить побег и немедленный доклад об этом начальнику конвоя. Выполнение задач Вадим поручал лицам из числа бывшего командного состава. Личные дела этих людей он хранил отдельно.
«Как охранять эшелон, если бойцов всего десять? Мороз днем вполне терпим, а ночью на открытом воздухе, да на тормозной площадке с ветерком долго не выдержишь, а теплой одежды нет, как организовать службу?» — не давали покоя мысли.
Обстановка доброжелательности между спецконтингентом и конвоем сопутствовала успешному продвижению эшелона по всему маршруту. Старшие по вагонам добросовестно выполняли возложенные на них функции. За пять суток следования побегов не было. Но без чрезвычайного происшествия не обошлось.