– Знала бы ты, чего мне стоило его добыть… – на прощание вздохнул принц и, кряхтя, первым отправился вниз. Вот уж точно вред поэзии. И кто только придумал поставить все недельные пары литературы в один день. Чтобы голова начинала болеть с утра и до победного. И чтобы обрадованные девицы согласились работать без перерыва и даже не дали всем уйти пораньше, как того требовала этика в подобных случаях. Нет же ж. Он же поэму читает, как так?! И никому из них нет дела, что в холле меня дожидается Алест, а если его на пару минут одного оставить…
Что и следовало доказать!
Вынужденный ожидать меня в холле, эльф собрал целый цветник. Дамы всех курсов и даже две преподавательницы замерли полукругом возле остроухого и внимали каждому его зевку. Алеста это порядком злило, ибо по платьям некоторых из них уже полз репейник. А у одной и вовсе браслет пророс и зацвел. Еще чуть-чуть и созреет, и будет в холле вонять чесноком, ибо насколько у талере красивые цветы, настолько же вонючие плоды.
– Идем, – позвала я, продираясь сквозь оцепление.
Алест облегченно вздохнул и слинял к выходу, делегируя мне право получить все шишки из-за внезапного ухода прекрасного эльфа.
– А там еще идут! – крикнула я, указывая на лестницу.
Толпа прищурилась, оценивая на глаз мою искренность, и перестроилась в боевой порядок. Простите, магистры, но нам очень надо…
Из-за необходимости надевать парадные костюмы мы потеряли не меньше двух часов. Сначала Алест отказывался идти домой без меня, аргументируя это странным «а вдруг на тебя в красивом платье кто-то позарится», потом уже мне приходилось тащить его по коридорам общаги, испытывая терпение женской половины населения. Никогда до этого дня я не видела столько дев в коридорах. Они прогуливались, они читали книги, сидя на подоконниках, – ага, очень внимательно, судя по перевернутым обложкам! – они улыбались друг другу и обещали помочь с учебой… Некоторые и вовсе вышли из комнат в таком виде, что у бедняги Алеста брови добежали до корней волос и возвращаться не пожелали.
Если бы не Порх, до моей комнаты мы бы не дошли. Но Мастер был Мастером в любом деле. Оценив на глаз количество вовлеченных в охоту дев и послушав об их добронравии, он радостно оповестил о поиске добровольцев для ухода за больными в местном госпитале. Весна была сложной порой, а потому персонала требовалось больше обычного, и в университет присылали дополнительные заявки на волонтеров. Чаще всего ими становились девушки и юноши из целителей как магического, так и хирургического направления, а также травники, но в этом году им в помощь прибудут и представительницы других специальностей. Ах, как славно, ведь прямо сейчас в его кабинете сидит и рыдает куратор волонтерских служб университета. Но теперь он утешится и возрадуется, ибо столько неравнодушных дев учится в их университете.