Солнце еще только начало подниматься, и лес освещало слабо. Пестрые тени мешали разглядеть, что делается под ногами. Но Маша не расстраивалась. Она шла в сосновую рощу, точно зная, что других грибов, кроме маслят еще всерьез нет. А ради одного случайного подберезовика ноги бить не стоит. Сосновая роща, что она наметила для своей грибной охоты, родила маслят каждый год. Иногда больше, иногда меньше. Но если приходила грибная пора, там их всегда наберешь. Особенно в молодых посадках. Вот только ручей перейти и на горку подняться. К ручью вышло точно, у мостика. Но сейчас это значения не имело — летом ручей пересыхал, а вот ранней весной, когда сморчки головки подымают, да осенью за опятами, ручей лучше по мостку перейти. На холме можно уже и под ноги смотреть внимательнее. Иногда маслята уже здесь своих часовых выставляют. Маша достала ножик из корзинки и оглядела склон. То, что увидела, ее поразило. Вся трава примята и везде следы шин. Словно она и не в лесу вовсе, а на вокзальном пустыре, где парни на мотоциклах разные фигуры выкаблучивают. А здесь в лесу чего им делать? Ответа на этот вопрос холм Маше не выдал, но и искать грибы на изъезженной вдоль и поперек почве, она и без посторонних советов не стала. Спрятала ножик назад в корзинку и зашагала дальше. Должны же они где-то оставить лес в покое — думала женщина, продолжая удивляться своему наблюдению. И хоть под ноги почти не смотрела, увидела сразу. Но не масленка и даже не мухомор, а обыкновенный мужской башмак. Он лежал между двух больших корней сосны. Ботинок был совсем хороший, не драный и не потертый, только немного запачканный песком и дерном. Маша постояла немного, размышляя, что бы это могло значить? Пришло в голову единственное соображение, что владелец башмака сильно перебрал. Но, с другой стороны, что делать пьяному мужику в лесу? Правда, искать в поведении алкашей логики Маша никогда не пыталась. Она не обладала слишком развитым интеллектом, но для этого ее мудрости хватало с лихвой. Медленно продвигаясь вперед, она уже не искала маслят, а подсознательно пыталвсь обнаружить второй башмак. Через десять метров ей это удалось. Она увидела не только башмак, но и его владельца. Мужчина лежал под сосной, раскинув руки и отвернув голову вбок. Первым порывом женщины, было помочь упавшему человеку. Она и бросилась к нему, нагнулась и закричала. По открытому глазу поверженного ползали муравьи. Маша выронила из рук корзину и побежала назад. Она бежала и кричала. Кричала до тех пор, пока не потеряла голос. Когда оказалась в городе, кричать уже было нечем. Почему она не свернула в милицию или в больницу, потом объяснить не могла. Маша прибежала домой, бегом поднялась на второй этаж и бросилась в спальню. Григорий все еще спал. Она растолкала его и сиплым шепотом сообщила о находке. Со сна Гриша долго не мог понять ее волнения, сел на кровать, протер глаза. Несколько раз переспрашивал, наконец, сообразил и побежал к телефону. Гриша по прозвищу Пятак, тоже звонить в милицию не стал. С этим ведомством у него отношения давно не сложились. Бывший уголовник позвонил бывшему афганцу.