Черный человек. Книга 2 (Головачев) - страница 79

— Советчик! — прохрипел Мальгин, пытаясь сесть.

Харитон ответил мгновенно.

— Здесь я.

— Все запомнил? Что со мной было?

— Похоже на парамнезию[32], но со спецификой внушенной суггестии. У тебя начинает превалировать субсенсорное восприятие, а причина в том, что преобразование сенсорной информации у «черных людей» течет по-иному и приводит не к построению образа, адекватного миру, в котором он живет, а к коррекции существующих стереотипов. В результате субъективное семантическое пространство…

— Не умничай, я еще не соображаю.

— …превышает порог смысловой нагрузки, что тебя и спасает, — закончил инк скороговоркой. — Срабатывает чувственный переключатель, память проваливается в глубокое прошлое родовой линии… Хотя как такое вообще возможно, я не знаю. Или у тебя в роду пращур был колдун и чародей, заложивший в генный фундамент камень спящей генной комбинации психодемпфера лично для тебя, или ты самородок с двумя психиками.

— Химера, одним словом, — сипло ответствовал Мальгин и с усилием сел. — Сколько времени я отсутствовал… в смысле… ну ты понял.

— Шесть минут!

— Всего-то? — поразился Мальгин. — А мне показалось, часа два.

Закрыл глаза, сосредоточился, вспоминая формулы аутотренинга.

Голова еще кружилась, но силы прибывали с каждой минутой, и наступил момент, когда он смог встать и дойти до кухни. Выпив два стакана настоя из куманики и листьев толокнянки, он вернулся в гостиную, сел в кресло, расслабился и попытался вспомнить, с чего все началось. Взгляд наткнулся на «магическую сферу»… и тут же молнией сверкнула догадка: непосредственно перед приступом он рассматривал «сферу», увидев в ее глубине какую-то картинку, и мгновенно наступила «фаза хозяина», вернее, «фаза черного», переключившая сознание. Но что именно он увидел в «сфере»? Почему такой острой была реакция?

Мальгин выцедил третий стакан, отозвавшийся в голове волной легкой эйфории, и вспомнил, что увидел в глубине «сферы» чье-то лицо.

— Точно, это было лицо, — вслух сказал хирург. — Но чье?…

— Может быть, твое собственное? — предложил версию Харитон.

Ответить хирург не успел: в прихожей проиграл мелодию дверной замок. Опасностью не пахло, и Клим открыл дверь. В дом вошел инспектор Столбов из кримведомства Бояновой, подал руку, вглядываясь в лицо хозяина цепкими желтыми глазами.

— У вас неприятности? Не очень хорошо выглядите.

— Да не так чтобы очень. — Клим кивнул гостю на кресло. — Располагайтесь. — Распахнул дверцу бара. — Что будете пить?

В диапазоне биоизлучений Столбов распался на четыре «призрака» преимущественно голубовато-зеленых тонов, тонов ровного, сдержанного характера и высокого интеллекта.