- Нет, я хочу сказать, как же я поеду в этом вашем литерном поезде, ведь это...
- У тебя нет другого выхода. После подвала у нас два варианта6 бегство и трибунал. Полка у тебя в любом из этих случаев больше не будет. Забудь о нем. Тебя опознает наш шофер, например. Нет, только бежать.
- Дезертировать?
- Перестань цепляться за слова. Если ты не поедешь с ней, если тебя расстреляют, что будет с Дашей в Ростове или в Париже? В шлюхи пойдет?.. Из Ростова вы доберетесь до Новороссийска, оттуда ближайшим теплоходом в Турцию... Францию... к черту на кулички. У тебя прекрасный французский и богатая тетка в Ницце, которая в тебе души не чает. Поможет, поддержит хотя бы первое время, оставит наследство.
- А ты?
- А я языка не знаю и теток богатых у меня нигде нет, - попытался отшутиться Ковалев. - Я же сказал: за меня не беспокойся. Я знаю, что мне делать...
Больше всего Ковалев боялся, что Алейников будет волноваться. Но подполковник был смертельно спокоен. Они встретились у выхода. На плечах штабс-капитана была накинута шинель.
Ковалев протянул Алейникову документы, приготовленные им только что в канцелярии. Подполковник взял бумаги, машинально сунул в карман френча.
- Пошли.
- Погоди, - Алейников показал на сверток, который держал в руках. Здесь ее полушубок. Я сейчас.
Он вынул из свертка папаху, сунул за пояс шинели, подошел к машине и спокойно положил сверток на заднее сидение. Ковалев было поразился его хладнокровию, но вдруг понял, что Алейников не верит в успех и приехал умереть вместе с женой и другом, выполнив в точности все, о чем просил друг. За эту ночь он наверняка успел вспомнить всю свою жизнь и полностью рассчитаться с ней.
- Со мной, - коротко бросил Ковалев часовому. Офицеры свернули вправо и прошли в конец коридора, в тупичок.
Ковалев выглянул из закутка в коридор. Никого.
- Пошли!
Быстрым шагом они дошли до двери в кладовую, где лежали книги. Ковалев открыл ее своим ключом и быстро пропустил друга.
- Жди. Когда нужно будет, открою, - и снова дважды повернул ключ, а сам прошел дальше по коридору держа в поле зрения дверь ведущую в подвал. Он достал из кобуры револьвер и сунул его в карман галифе.
Тянулись минуты. Штабс-капитан глянул на часы. 10-08. Эшелон в 10-25. Ехать до вокзала 10 минут. Неужели срыв? Неужели пунктуальный Таранский опоздает?
Хлопнула входная дверь, загрохотали сапоги, и Ковалев мгновенно успокоился, шестым чувством поняв - они. Все. Началось.
Десять человек в солдатской форме прошли в другой конец коридора мимо запертого чуланчика, в котором прятался Алейников. Лязгнул ключ, отворилась обитая железом дверь. Палачи пошли вниз.