Зато было еще кое-что.
Я заметил его не сразу — обыскивая комнату, преступник сдвинул с места массивный стеллаж, и теперь он заслонял лежащее на полу тело. Сначала я увидел нелепо вывернутый ботинок, торчащий из- под стола, а уж потом и самого Берланда. Не нужно было обладать особой проницательностью, чтобы понять, что с ним случилось. Вся левая сторона груди у него была разворочена и почернела от запекшейся крови. Стреляли явно с близкого расстояния. Судя по степени убойности, орудие убийства явно смахивало на «магнум».
Я нагнулся и дотронулся до шейной артерии Берланда. Пульс еще бился — слабый, прерывистый… Это явно была агония. Веки раненого слабо дрогнули; мутный взгляд остановился на моем лице и внезапно стал осмысленным; губы приоткрылись и из них вместе со свистящим дыханием вырвалось:
— Инспектор…
Я наклонился еще ниже.
— Все в порядке, профессор. Сейчас я вызову помощь…
— Нет… мне уже ничто не поможет… они… не успел… дельфин…
Он явно бредил. Я успокаивающе похлопал его по плечу:
— Хорошо-хорошо, не волнуйтесь.
Он вдруг отчетливо произнес:
— Только вы… Больше никто! — И, торжествующе улыбнувшись, добавил: — Я так и думал.
Глаза его закрылись, он вздрогнул, вытянулся, и через миг жизнь покинула его.
Я подошел к телефону, подхватил беспомощно раскачивающуюся трубку и набрал номер нашего ведомства.
* * *
22 декабря 2031 года
Помощнику генерального секретаря ООН
Джеку Лундгрену
от доктора физико-математических наук
Юджина Ионеску
Дорогой Джек!
До меня дошли слухи о закрытом совещании в Женеве и, что самое главное, о результатах этого совещания. Вы все-таки решили открыть этим пришельцам допуск на Землю. Я понимаю — другого выхода у вас не было, и все это очень смахивает на хорошую мину при плохой игре. Конечно, мы сейчас не в том положении, чтобы вступать в вооруженную конфронтацию с пришельцами из космоса. При том уровне технологий, который у них имеется, они просто сотрут нас с лица земли. Но, может, вам все-таки стоило бы немного затянуть переговоры — ты ведь старый дипломатический волк! Я понимаю, установить эмбарго на ввоз новых технологий — это до некоторой степени выход. По крайней мере, это позволит нам хоть как- то контролировать их деятельность на Земле. Но, может, нам вообще стоит задуматься — а что это за деятельность такая? Мы с тобой достаточно пожили на этом свете, чтобы не строить иллюзий: если кто- то предлагает вам бескорыстную помощь, значит, он рассчитывает получить выгоду. Мы тут, на Земле, и между собой-то договориться не можем — кто же сумеет понять, что на уме у пришельцев? Тем более что они, по крайней мере внешне, мало чем отличаются от людей — вполне естественно, мы ждем от них человеческих чувств и человеческих реакций. Джек, а что, если это их внешнее сходство — просто маска? Личина? Как мы угадаем, что за этим скрывается на самом деле? Что они вообще рассказывали тебе о своем родном мире? Ничего? А если и рассказывали что-то, то как проверить достоверность этих сведений?