Когда он подъехал к главным воротам кладбища, стало уже совсем темно. Выйдя из экипажа, импресарио пошел по тихой, пустынной улице, на которой не было ни людей, ни карет. Падал снег. Вокруг не было ни души. Пораженный импресарио с удивлением оглядывался по сторонам. Вдалеке заунывно выла собака, да нищий полузамерзший калека клянчил милостыню, потрескавшимися на морозе губами насвистывая мелодию из «Волшебной флейты». Он дал нищему золотой, и тот, прижав драгоценную монету к груди, со всех ног побежал греться под вывеску ближайшего трактира.
Возле главных ворот кладбища не было никаких карет: царила полная пустота. Более того, под аркой, на земле, куда не попадал снег, не было даже следов от проехавших колес. Ни одного следа… Застыв от изумления, импресарио попытался войти внутрь, но ворота были уже заперты.
Он стал стучать. Могильщик, высунувшись из ограды, разглядел в посетителе знатного господина, и ворота открыл.
— Ваша светлость, закрыто кладбище. С утра бы пришли…
— Я хочу знать, где похоронили Моцарта! Я опоздал на похороны. Наверняка они были днем.
— Какие похороны ваша светлость имеет в виду?
— Моцарта! Похороны известного композитора. Самые пышные и многолюдные похороны сегодня, на которых было множество людей, вся высшая знать.
— Но сегодня не было таких похорон!
— Что это значит?
— Ваша светлость, это кладбище Святого Марка! Здесь не хоронят знатных господ. Здесь хоронят тех, кто при жизни не смог обеспечить себе приличные похороны: безродных бедняков, нищих, бродяг, самоубийц и всяких попрошаек, которых подбирают на улицах Вены. Наше кладбище было создано из благотворительности прихожанами собора Святого Стефана, чтобы самые нищие и убогие могли обрести посмертный покой, из благотворительности упокоиться в земле. Сразу видно, что ваша милость иностранец, чужой в Вене.
— Подождите… Но сегодня здесь хоронили?
— Хоронили, конечно. Последний гроб закопали около часа назад. Говорят, музыкант был какой-то. Нищий, как и все музыканты. Имени не знаю. Похоронили его по третьему разряду. У покойников, которых хоронят в общей могиле по третьему разряду, нет имени.
— Где его похоронили? Где могила этого музыканта?
— Да нет никакой могилы, я ведь о чем вам битый час толкую! Сегодня хоронили только бедняков. А их бросают в общий ров, а потом так и закапывают, во рву. Вот и все.
Онемев от ужаса, импресарио протянул могильщику золотой. Тот повел его на окраину кладбища, где тянулись две свежих, недавно закопанных борозды.
— Вот здесь и хоронили весь день. А где лежит ваш друг, теперь только Господь Бог разберет. Равны они теперь все перед Богом.