– Они не приехали, потому что я их не приглашал.
– Но теперь приглашаешь меня на открытие нового казино?
Малаши удивленно на нее глянул:
– Дорогая, прошу тебя, соберись и постарайся вести себя разумно. Эти два события никак не связаны.
– Как скажешь, – огрызнулась она. – А теперь лучше просто уходи. – Она подобрала полотенце. – Пойду искупаюсь. Удачной поездки.
Бросившись в воду, она целеустремленно плыла прямо вперед, не обращая внимания на красоты вокруг, но очень скоро теплая вода и доносившиеся с берега ароматы цветов начали ее успокаивать.
Но это «дорогая, соберись и постарайся вести себя разумно»!
Ну как можно быть настолько невыносимым?
Глубоко вдохнув, она вдруг решила, что не позволит ему так просто все испортить.
Вкладывая всю злость и энергию в мощные гребки, через десять минут Адди выбралась на берег, отбросила с лица мокрые пряди и нахмурилась. Она же оставила полотенце под пальмой…
А потом увидела, что у самой кромки воды стоит Малаши и протягивает ей полотенце.
Вздрогнув, она все же к нему подошла.
– Разве ты уже не должен быть на полпути к Майами?
Несколько секунд он пристально ее разглядывал, а потом улыбнулся.
– Я знаю, полотенце выглядит, как обычное полотенце, но на самом деле я протягиваю тебе оливковую ветвь.
Пристально наблюдая за Адди, Малаши ясно видел, как в ее глазах борются желание поверить его словам и обида.
– Чего ты хочешь? – выдохнула она наконец.
– Чтобы ты поехала со мной в Майами. Если еще хочешь.
В прекрасных глазах вдруг вспыхнула неприкрытая враждебность.
– Кажется, кто-то говорил, что платит мне не за это.
Вздохнув, Малаши устало потер лицо, стараясь хоть как-то избавиться от гула в голове. Глядя, как она бежала к воде, он снова разозлился. Разозлился на родителей за то, что даже в раю сумели до него добраться. На себя самого за то, что так расслабился. И на Адди за то, что…
За что? За то, что она хотела ему помочь? За то, что ей было не все равно?
Только сейчас он понял, что она по-настоящему за него волнуется и действительно хочет помочь.
– Мне не следовало этого говорить. Грубо получилось. Извини. Просто я никогда… Мне никогда…
Когда же все успело так запутаться? И как объяснить то, чего она никогда не сумеет понять?
– Я знаю, – выдохнула она тихо, принимая полотенце. – Поверь, я действительно знаю, каково человеку, когда какие-то мысли годами не дают ему покоя, но он не хочет ни с кем ими делиться. После катастрофы меня постоянно спрашивали, о чем я думаю… Тебе не обязательно рассказывать мне все. Или вообще хоть что-то. Если не хочешь, не надо. Я просто не хотела, чтобы ты в одиночку со всем разбирался.