Погорелов уже понял, что сержант обращается, ему недолго осталось, но роль играл до конца.
— Сержант, ты мне мозги не пудри, что тут произошло?
— Не знаю, что произошло. Мужик в отдел прибежал, сказал, что какие-то хмыри на уазике расстреляли джип. Меня послали проверить.
— Понятно, где ваш отдел?
— Прямо по дороге на втором светофоре налево. Там только дежурный и задержанные. Люди все на выездах. Да и дежурный плох, тоже головой мается. Прапорщик, что это?
— Эпидемия, сержант. Короче, оставайся тут, оформляй протокол, отцепи место происшествия. И жди, через час должны подъехать наши, и ребята из центра по борьбе с эпидемиями. Будут всем прививки делать.
— А вы?
— Мы в отдел. Всё, сержант, время дорого, действуй.
Тот отдал честь и свернул к обочине, а Ампер дал по газам, гоня «Кавказ» в сторону города.
— Лихо ты его зарапортовал, — восхищённо глядя на спутника, воскликнула Рина. — Сейчас проскочим этот бардак, и всё. Но ты молоток.
— Я просто знаю, как в таких ситуациях надо действовать. Кроме того, сержант уже поплыл, он почти готовый пустышь: соображает с трудом, голос меняется, вот и схавал всё, что я ему скормил даже документы не спросил. А вот в отдел заехать всё же надо.
— Зачем? — не поняла Рина.
— Слышала, что сказал полицай? Они повязали троих рейдеров. Их или сожрут, или они подохнут за решёткой. Кто их выпустит, если только не другие трофейщики? А так я с наглой мордой зайду и вытащу ребят.
— Оно тебе надо? — задала вполне справедливый вопрос Рина.
— Не знаю, мне кажется, это просто правильно.
До города домчали за три минуты. Асфальт, считай, новый, заплат дофига, но всё равно едешь, как по приличной дороге, а не по гладильной доске. На указанном светофоре свернули и остановились у здания рай отдела. Люди на улицах ещё встречались, куда-то спешили, все уже были в курсе про эпидемию. Они с опаской косились на явно армейскую бронированную машину.
— Слушай команду: сидишь в машине, двери заблокированы, если что, открывай огонь прямо через люк или амбразуры, но это только в случае явного нападения. Я иду внутрь, вытаскиваю мужиков, они уходят, мы рвём дальше, попутчиков не берём. Вопросы?
— Есть один. А если ты не вернёшься?
Ампер улыбнулся, спутницу явно страшила перспектива остаться одной в городе, погружающимся в хаос.
— А если не вернусь через двадцать минут, ты даёшь по газам. А дальше ты сама по себе, как карта судьбы ляжет.
Рина покачала головой.
— Я жду, пока будет возможность. — Она наклонилась и поцеловала Погорелова в щетинистую щеку. — Давай быстрее, и не рискуй зря.