Прости, Лайз. Я наугад отправила волну холода, надеясь хоть краем зацепить цепь, и медленно повернулась, уже понимая, что или кого мне предстоит увидеть.
– К тебе на встречу, – ответила я, доставая мечи. Интересно, гранаты на них действуют? Жаль, ни одной не осталось попробовать. Я бы с удовольствием посмотрела, как эта тварь разлетается на сотню маленьких клочков.
– Х-храбрая, но глуп-п-пая, – подвела итог тень и бросилась в атаку.
«Уходи! В сторону»! – разом завопили предки.
Я отшатнулась, одновременно пуская в ход мечи. Лицо опалило жаром, горло перехватило от горячей смеси непередаваемых ароматов, а перед глазами промелькнуло видение странного места: плотный, насыщенный клубами дыма всех оттенков воздух, длинные змеи-тени и ровный серый свет, заливающий этот гигантских размеров кипящий чугунок ведьмы.
И меня словно камнем в грудь ударили. В глазах вспыхнули звезды, а в легких разом закончился воздух.
Суровый голос деда:
– Вставай!
Я лежу? И когда только успела упасть? Сдохнуть… прямо сейчас. Вот было бы счастье!
Поднялась на четвереньки, потрясла головой. Почему не добивает? Чего ждет?
Растягивает удовольствие?
В голове мерзко хихикнули. И как победить того, кто копается в моих мозгах, как у себя дома?
Не думать. Ни о чем не думать.
Смех в голове стал издевательским.
А ну-ка, предки, не спеть ли нам что-нибудь героическое?
Предки не возражали. И под разухабистое «Раз в горах встретил вдовушку юнец» я поднялась, сплевывая кровь на пол.
Нам не мешали, более того, освободили место, и зрители устроились кругом, предвкушая спектакль «Избиение ледяной, чтоб другим неповадно было».
В голове вдовушка соблазняла молодца, попутно проверяя его силу и выносливость, а в реальности тень готовилась убить меня. Без спешки, не торопясь, видимо, ей тоже хотелось узнать, чем закончатся приключения вдовушки.
Я встала в стойку. Тень, рисуясь, скопировала ее, черные мечи затрепетали в руках.
Я ухмыльнулась – шутить изволим?
Поймала ответную гримасу. Улыбка на черном лице с горящими алым глазами смотрелась… нереально дико, но мне было все равно.
Тень поняла, что улыбается впустую, и сжала губы.
Ну-с, поехали.
Иногда наступают такие моменты в жизни, когда приходит понимание, а зачем, собственно, столько лет тренировалась, зачем потела, рвала связки и ходила в синяках.
Тень была нечеловечески быстра, но фамильное упрямство Сорецки пока побеждало. И потому я еще двигалась, еще держала мечи в руках и даже пыталась атаковать. И раз за разом вставала с пола, куда меня отбрасывала тень, сплевывала кровь и поднимала ставшие такими тяжелыми мечи.