Однако решил, что все это Дереку неинтересно.
– Из-за того случая разошлись мои родители, – сказал он.
– Не знал, – ответил я, хотя Марла об этом упоминала.
– Какое-то время казалось, что им удалось пережить бурю. Не получилось. Родители больше не могли оставаться вместе. Мать ушла, пришлось продать дом, и все пошло прахом. За это тоже вам спасибо. Если бы я мог учиться в другом городе, а не в Промис-Фоллс, то немедленно бы уехал. Но не было денег.
– Я пришел не в качестве репортера. – Ничего более оригинального я придумать не сумел. – Я больше не журналист, да и «Стандард» закрыта.
– Тогда зачем вы здесь? Что вам надо? Что-нибудь случилось с Марлой?
Я рассказал.
– Господи! – ужаснулся он. – Уму непостижимо. Они считают, что Марла убила ту женщину и украла ее ребенка?
– Хотя она и утверждает, что все обстояло совершенно иначе, я нисколько не сомневаюсь, что полиция придерживается именно этой версии.
– В чем заключается ваша роль?
– Хочу помочь. Задаю вопросы людям, надеюсь выяснить нечто такое, что подтвердит непричастность Марлы.
Дерек пожал плечами:
– Не знаю, что вам сказать. С тех пор как она потеряла ребенка, мы разговаривали не больше полудюжины раз и пару раз случайно встречались на улице.
– Вы знали о предыдущем инциденте, когда она пыталась утащить младенца из больницы?
Дерек кивнул:
– Она рассказывала. Объяснила, что на нее на секунду нашло затмение. Но все равно сумасшедшая выходка.
– Как вы познакомились?
Его история соответствовала тому, что я узнал от Марлы. Разговорились в городском баре и начали встречаться. Одно время очень серьезно.
– Она была самая странная из моих знакомых девушек.
– В каком смысле?
– Ну, во-первых, эти ее выкрутасы. Она не узнавала знакомых.
– Слепота на лица, – подсказал я.
– Да. Сначала мне казалось, что она все выдумывает, но потом я справился в Гугле и обнаружил, что такой недуг существует. В выпуске передачи «60 секунд» говорили, что им страдает больше людей, чем мы можем себе представить. Даже Брэд Питт утверждает, что у него есть такая штука. Всякий раз, когда я к ней подходил, у нее был вид, будто она сомневается, я это или нет. Я говорил: «Привет, это я». И тогда, услышав мой голос, она убеждалась, что это в самом деле я. Странное чувство. Она просила, чтобы я всегда одинаково зачесывал волосы. Вот так, как сейчас, на лоб, и ни в коем случае назад. Чего я никогда не делал, иначе она бы меня не узнала. То же с рубашкой – я всегда надевал в клетку. Марла говорила, что такие визуальные подсказки ей помогают.
– Знаю, – кивнул я. – Родственники начали замечать ее странность, когда Марла стала подрастать. Скажите, когда вы обнаружили, что она беременна?