Я вспомнил корейцев, расстреливающих меня из автоматов. Не хотелось бы мне испытать нечто подобное снова.
– Думаешь, может до такого дойти?
– Здесь идет крупная игра. Дойти может до чего угодно, – в ее голосе послышались стальные нотки, не оставляющие сомнения в том, что эта красивая женщина может походя, в угоду своим прихотям, лишить жизни любого, оказавшегося на ее пути. А иначе я бы и не приехал сюда, если бы не опасался за жизни своих друзей.
– Но перейдем к делу, – Катерина вернулась на лавочку. – Мне известно, что Луноликий находится в конфликте с братом своей жены. Не знаю, что там они не поделили с Сатириным, но нужно попытаться разыграть эту ситуацию. Твоя задача сойтись с ним и узнать подробнее об их отношениях.
– Погоди, погоди. Как я с ним сойдусь? Кто я, а кто он…
– Кто он? – раздраженно прерывает меня Катерина. – Ну кто он? Всего лишь жалкий человечишка, хапнувший больше прочих. Ты же, хоть и такой же смертный, но обладаешь силой и возможностями вселившейся в тебя сущности. Пользуйся тем, что имеешь!
– Как пользоваться?
– А как пользовался, когда утверждался в своем городишке? – таким снисходительно-раздраженным тоном она со мной еще не разговаривала. – Ведь там ты был вообще никем.
– Тогда меня приперло, – оправдываюсь я. – У меня просто не было выхода.
– А сейчас есть?
От ее ухмылки на меня накатывает волна раздражения. Раздражения, прежде всего, на себя. Чего это я позволяю этому существу так с собой разговаривать?
– Слушай, дорогая, – говорю вкрадчиво. – Если я сейчас сверну шейку твоему тщедушному тельцу, это не решит одним разом все проблемы?
Она ошарашено смотрит на меня некоторое время, затем берет себя в руки и мило улыбается.
– Это будет очень печально, Олежек. Разве у тебя поднимется рука на бедную Катерину? – продолжая улыбаться, она вопросительно смотрит на меня. – В любом случае, я очень привязалась к этой оболочке, и мне будет крайне жаль с ней расставаться. Но на всякий случай я подумаю, кого из твоих друзей оставить живым, чтобы воспользоваться его оболочкой.
– Слушай внимательно, бессмертный, – я подвигаюсь вплотную к женщине и крепко беру ее за локоть. – Если с кем-либо из близких мне людей что-нибудь случится…
– Что ты сделаешь, дорогой? – Катерина, все еще улыбаясь, нежно кладет свободную руку мне на колено.
– Не знаю, – честно признаюсь, продолжая сжимать ее локоть. – Но второй раз тебе это с рук не сойдет. Возможно, объединюсь с чужим. По крайней мере, он не сделал мне ничего плохого, так почему бы нам совместными усилиями не запереть тебя в бутылку?