— Да? И кого же? — вопреки всему, Фрозинтар ощутил нечто вроде гордости, хотя должен был ужасаться содеянному. Ведь это означало, что уже пятьдесят лет Перворожденные живут и ничего не знают. Это был бы такой удар…
Смерти нет, — прозвучали его же собственные слова, но с чужого голоса, — есть лишь переход в новую жизнь.
— Смерти нет, — эхом повторил драур, прекрасно поняв намек. Нет, сейчас он не будет думать об этом. Он подумает позже, когда-нибудь, когда будет время, силы и желание нагружать разум и память чужими проблемами, связанными, не больше и не меньше, с устройством мироздания. — А мне-то что с того? Я бессмертен.
Ты — да, но другие-то нет! Отдай Нам сестру…
— Никогда! — Драур расправил плечи, загораживая собой лежащую на полу девушку. — Она рождена для жизни. Для любви и счастья. Я не позволю отнять у нее все это!
Все отнято было давно! Любви у Нее уже нет. И счастья Она лишена.
— Есть! У нее есть надежда обрести все это. Переступив Черту, она лишится шанса быть счастливой…
Уж не с тобой ли, драур? Или, может быть, стоит тебя иначе Мне вслух называть? Серебряным Рыцарем?
Услышав эти слова, Фрозинтар стремительно обернулся — проверить, не слышала ли их Фейнирель. Чувства нежити намного острее, чем чувства человека или эльфа, и он сразу понял, что молодая женщина пришла в себя. Но что она успела услышать?
Он не додумал этой мысли до конца: воспользовавшись тем, что драур отвлекся, Покровитель нанес удар.
Будь на его месте кто угодно другой, все бы закончилось в один миг. Но реакция бывшего наемника на порядок превосходила реакцию любого легионера из когорты Преданных. За долю секунды он успел увернуться от смертельного удара и, схватив противника, грянул его об пол, как простого смертного.
Дворец, казалось, содрогнулся до основания.
Эх, жаль, нет Льора! Малыш распахнул бы Портал — и все было кончено.
Подумав о юноше, Фрозинтар внезапно ощутил то самое помутнение рассудка и взрыв ярости. Что, опять? Впрочем, на сей раз это было только на руку. Только что он сделал то, что до него не совершал никто во всем мире — сцепился с одним из Покровителей! Он поднял руку на создателя мира! Почти на бога! Назад дороги не было. Как не было — если верить вскользь оброненным словам его противника — больше самого Тало-Смерти.
Пришедшая в это время в себя Фейнирель очень пожалела, что нельзя потерять сознание по заказу. Ибо в темном лесу колонн творилось нечто страшное. Два существа, равные по силе, сошлись в схватке, призом в которой была она, сестра Наместника. Откровенно говоря, молодая женщина желала победы драура. Может быть, потому, что этот незнакомец назвал его Серебряным Рыцарем?