Я самодостаточен, так было всегда. Да и эгоистичен до крайности, что скрывать. Но даже стопроцентному эгоцентрику нужна точка опоры, иначе он упадет. Для меня это Вика.
Я не знаю, кто на самом деле те, кому я служу. У меня много предположений, одно чудней другого, какое-то из них наверняка верное. Но я не желаю знать, какое именно. Пока я не знаю этого, у меня остается минимальный шанс выскочить из той ловушки, в которую угодил, причем выскочить живым и вытащить за собой женщину, которая попала в неё по моей милости. Или хотя бы вытолкнуть из этого капкана только её, что меня более-менее устраивает. Но если я узнаю правду — то и этого шанса не станет, а мне подобный расклад невыгоден. Узнай я правду — и мне придется выбирать сторону, которую занимать, сообразуясь не только с расчетом, но и с моральными принципами. И ничего хорошего от этого процесса ждать не приходится.
Потому я не буду ни о чем расспрашивать Ватутина, который, возможно, что-то мне бы рассказал, что-то такое, что изменило бы для меня расклад позиции. Пока — не буду.
Заиндевевшая парочка наконец-то заметила нашу машину и дружно замахала нам руками.
— Вот ведь — водитель цыкнул зубом — Как их выдрессировали, а? Замерзли оба, отсюда слышно, как у них бубенчики звенят, но гляньте только — они улыбаются и машут!
— Дисциплина — с непонятной интонацией ответил ему Ватутин и открыл дверь машины.
— Харитон Юрьевич? — стараясь унять лязг зубов, обратился ко мне один из замерзающих, тот, что повыше, который работал на Зимина.
— Предположим — доброжелательно ответил ему я, подходя поближе.
— У меня к вам поручение — выдавил из посиневших губ улыбку он — Меня к вам направил Максим Андрасович.
— Ух ты — я стянул перчатку, достал из кармана телефон и спросил у молодого человека — Вас как зовут?
— Александр — опасливо посмотрел на гаджет в моей руке тот — Устюгов.
— Чего вы так напряглись, Александр? — удивился я, набирая номер Зимина — Просто хочу уточнить у Макса одну простую деталь — чего это он сам не пожелал со мной беседовать.
— Макса? — Устюгов переглянулся со своим спутником — В смысле — у Максима Андрасовича?
— И вправду — как дрессированные — сообщила Ватутину Вика, беря меня под руку — Забавно.
— Пошли в помещение — предложил тот, озираясь — Я вообще не люблю открытые пространства в городе, а тут еще и район старой застройки, с этими никому трижды не нужными чердаками.
— Пошли — согласился с ним я, и первым шагнул к дверям.
— Да — отозвался в трубке голос Зимина — Чего тебе? Я занят!
— Хотел уточнить — чем я вызвал ваш гнев, Максим Андрасович? — последние слова я произнес почти по слогам, пережевывая их также тщательно, как диететик размалывает зубами морковную котлету — Вы не желаете со мной общаться лично?