– Брешешь, собака!
– Рулаф! – окликнул гридня сотник.
– Да, всё так и было… Точь-в-точь, – раздались голоса из толпы.
Смоленский люд поддержал эти слова бурным ропотом.
– Тихо! – сотнику ещё раз пришлось повысить голос, после он опять обратился к обережнику: – Продолжай.
– Да я уж всё сказал. Пришли гридни, честных людей копьями отогнали и стали ждать, пока пламя раздует. Небось сами хотели выудить себе куниц.
– За языком следи, обережник. Доказательств у тебя нет.
– Да как же это нету! – возмутился староста Словенского подворья, запыхтел, словно котёл, накрытый крышкой. – Ты здесь поставлен, чтобы добро наше охранять, волею посадника. А тот – самим князем Владимиром! А люди твои беззаконие творят, татей попускают… Нет, такое не по Правде!
– Ты тоже, староста, не бросайся словами, тебя здесь не было. Ещё раз без доказательств скажешь – за клевету ответишь, понял?
– Да как же это… А люди твои, что говорят?
– Людей своих я сам выслушаю, и разбойников тоже. Пораненных унести. В поруб, пусть посидят пока, – упредив возглас негодования, уточнил сотник, – а дальше как посадник решит. Вы же, – суровое лицо повернулось к обережникам и купцовым людям, присоединившимся к ним, – остаётесь в своём праве. Поднимайтесь на корабли и ждите, если вам будет надобность в княжьем суде.
Сказано было таким тоном, что Данилу осенило, почему гридни с самого начала не бросились за ними на ладьи. Корабли обладали правом экстерриториальности, то есть считались территорией, принадлежащей не Смоленску, а Новгородской торговой сотне. Взвесив все факты, сотник не решился нарушить это право и, по сути, дал возможность торговым гостям уплыть. Да только вот так уплыть значило окончательно и бесповоротно оскорбить посадника Асбьёрна, и никакое заступничество Словенской сотни тут не поможет. А Смоленск стоит в таком месте, что мимо него никак не проплыть по Днепру, а значит, и путь «из варяг в греки» будет для Путяты заказан. Поэтому пришлось купцовым людям покорно ждать суда посадника, занимаясь ремонтом.
Повреждения от огня были несерьёзные, хорошее дерево привезли уже днём, и плотники взялись восстанавливать бак.
Данила, по причине отсутствия должной квалификации и наличия достаточного количества рабочих рук, сидел на скамье и старательно делал вид, что не замечает недобрых взглядов гридней, дежуривших у ладьи. Те тоже, в свою очередь, старательно делали вид, что оказались здесь просто так и экипаж «Лебёдушки» их вовсе не интересует.
– Скорохват, – спросил Данила, чтобы отвлечься от тяжёлых мыслей, – а как думаешь, что посадник нам скажет?